Книга Кодекс Охотника #32, страница 62 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— «Так быстрее»! — передразнила меня бабуля. — Вот когда-нибудь устроишь мне сердечный приступ, что потом без меня делать будете?

— Лягу рядом с вами и умру, очевидно же, не вынесу такой потери, — засмеялся я.

От таких слов губы бабули слегка дёрнулись вверх, а я добавил:

— Ну, если честно, уверен, что вы переживёте нас всех. Сара Абрамовна, на вас ещё пахать можно.

— Ну-ну-ну! — тут же улыбка лишь сошла с лица госпожи Голдсмит. — Дурацкие у тебя шутки, Александр. Пахать? Мне? Скажешь тоже!

— Это поговорка, Сара Абрамовна, — тут же возразил я.

— Я, пожалуй, напишу внучке, какие книги тебе нужно прочитать, чтобы ты нормальные поговорки впредь использовал, — пробурчала бабуля и поставила отметку в свой ежедневник. И с нее станется — реально Аннушке скажет.

— Вы ударили меня в самое сердце, — рассмеялся я, — ведь я считал свой юмор неподражаемым.

— Неподражаемым? — покачала головой госпожа Голдсмит. — Ну, наверное. Иногда ты так неподражаемо тупо шутишь, что мне стыдно становится за тебя.

— Люблю вас Сара Абрамовна, как родную. Как же приятно с вами поговорить! — рассмеялся я.

— И я тоже, Саша, и я тоже. Да мы и есть родные, не забыл? Вот только время не совсем подходящее, занята я. Все отчёты каждое утро отправляю Ане. А она что, тебе не показывает?

— Да нет, показывает, — улыбнулся я. — Мне просто было интересно своими глазами на стройку века посмотреть. Может, какая-то помощь нужна?

— Помощь… — на этот раз рассмеялась уже госпожа Голдсмит. Смех у неё был вполне себе молодой и заразительный. — Нет, ты всё-таки поц! Я же не предлагаю тебе помощь, Александр, в твоих войнушках. Проявляю уважение. Вот и ты прояви уважение ко мне и предоставь всё решить самой, как ты всегда, впрочем, и делаешь. И город выйдет такой, что сюда все мировые правительства захотят переехать.

— Не, ну всем тут не нужно, — задумчиво сказал я. — Мы же вроде как целую нацию восстанавливаем. Как, кстати, с этим?

Улыбка ушла с лица Сары Абрамовны.

— С этим хуже. Но лучше тебе с Лепестком поговорить. Она за интеграцию Григория в китайское сообщество отвечает.

— Ага, обязательно поговорю. Ах да, — я уже начал вставать, когда кое-что вспомнил. — Вот, Аня попросила передать.

Я ловко достал пищевой контейнер и поставил над ней. Бабуля сразу засунула туда свой острый нос.

— Заливная рыба? Ого… Умница, деточка. Передай ей привет. А сам сейчас давай проваливай, мне работать надо.

Я со смехом удалился. Но как только закрылась дверь, Шнырька мне показал, что баба Сара отодвинула в сторону книгу, достала салфеточку, засунула её себе на грудь и вытащила столовые приборы. Конечно же, золотые. После чего нажала кнопку. И быстро проговорила секретарше:

— Сонечка, на ближайшие полчаса меня ни для кого нет!

И с удовольствием положила в рот первый кусок, зажмурившись от удовольствия. Я покачал головой. Надо на такое смотреть почаще. А то иногда я думаю, что в бабуле ничего человеческого нет. Она даже ухаживает за близкими ей людьми, как какой-то чёртов обслуживающий робот.

На выходе из офиса Абрамовны меня уже поджидал скучающий Гриша.

— Здорово, будущий император. Чё, как? — пожав руку и обнявшись, спросил я у своего товарища.

— Тухло, Саня. Тухло, — сказал он. — Слушай, — заговорщически посмотрел на меня, перед этим обернувшись. — У меня тут один хрен нечего делать. Может я в Эпицентр сгоняю, Горыныча прокачаю?