Книга Кодекс Охотника #34, страница 121 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Я не допускал даже возможности уйти с нашего общего праздника или отказать кому-то в общении. Это мои люди, и они мне как семья.

— Да не то, чтобы сомневаюсь, а… — отвечает он. — Просто ты такой сейчас задумчивый. Наверное, думаешь о важных делах, пока все веселятся. Почему бы и тебе не отдохнуть? А если что-то тебя беспокоит, то поделись со старым Бурбулисом, и он может помочь советом.

Ох… Неужели у меня настолько кислое лицо, что ко мне отправили переговорщика. Они реально думают, что я могу погрузиться в депрессию, но нет… Такому не бывать.

— Отдых? Что такое отдых?.. — я задумался. Я вроде как на каникулах. Или лучше назвать это отпуском?.. На чёрта бы его, почему мне это не кажется таким уж лёгким?.. — Хочешь услышать, о чем я думаю? Ну тогда присаживайся, — указал я на место рядом с собой.

Это место вообще-то должно было быть занято моими женами, но сейчас они танцевали. Мужчины выбрали отдых на улице, а вот дамы захотели распечатать большой бальный зал и вдохнуть в него жизнь. Поэтому там сейчас звучит громкая музыка, веселый смех и много танцев. Думаю, что через некоторое время они выйдут и тогда живые позавидуют мертвым, когда эти буйные, но красивые особы начнут искать себе партнеров для танцев. Обычно после таких празднеств у нас не меньше десятка свадеб происходит, примерно через недели две-три.

И нужно понимать, что женщин тоже в имении немало

— Тогда, пожалуй, я сейчас вернусь, — усмехнулся Бурбулис. — Найду только бочку Бурбонского, которую я приметил ещё в древние времена, и сразу сюда.

— Лучше две… — дал ему совет.

И я не преувеличивал. К нам уже подтягивались и другие. И сегодня я расскажу им, как мы снова пойдем в Равномерную и сломаем там что-то важное.

Что это будет, я не знаю, но думаю… найдем.

Харчевня «Бродяга под тауэрским мостом»

Слуга…

— Вот ваш, счёт, господин, прошу! — мужчине улыбнулась миловидная девушка и протянула бумажку.

— Благодарю тебя, — ответил он ей и протянул одну золотую монету.

Сколько там было, он даже не посмотрел, ему было неинтересно. Если она скажет, что мало, он добавит еще одну или много сотен таких. В деньгах у него нужды, как таковой, не было.

У неё расширились глаза от удивления. Девушка не могла понять — шутка это или нет. Такие деньги здесь не ходили, и хоть она не особо хорошо училась, но думала, что не осталось таких стран, где расплачиваются золотом.

— Господин, может, лучше фунтами? — пролепетала она.

— Можно и фунтами, — пожал он плечами. — Но разве такая красивая девушка, как вы, откажется от золота?

Он позволил себе лёгкую усмешку, поправил цилиндр и добавил:

— Знаете, юная леди, по специфике своей работы я бывал в очень многих местах. Это были удивительно красивые места. Были и не очень — не особо безопасные, не особо красивые. Но везде и всегда золото ценилось. А потому прошу вас — возьмите эту монету, как оплату за мой ужин.

Монета, кстати, была не мелкая, которыми обычно баловались бедные страны. В этой монете было полновесных сто грамм золота и она смахивала больше на медаль.

Девушка не знала, как поступить. Но в наушниках уже всё настойчивее звучал голос начальника, говоривший, что она теряет здесь время. Поэтому она сомневалась, как поступить, но решила, что сможет заработать больше, чем потеряет, и потому взяла монету. Кроме того, как бы там не было, у мужчины не такой уж и большой был счет, чтобы переживать по этому поводу. А монетку она оставит, как напоминание о этом случае, но на всякий случай отнесет её в ломбард и проверит. Однако, это произойдет после работы.