Книга Кодекс Охотника #35, страница 93 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Он так и не понял, когда всё пошло наперекосяк. Возможно, в тот момент, когда он почувствовал ауру Старого Мака, старейшего и, возможно, сильнейшего Охотника из ныне живущих. Может быть, это случилось, когда идущие на его зов подкрепления начали уничтожаться прямо в процессе транспортировки по какой-то неведомой ему причине. Нити мироздания рвались, и костяные войска вываливались либо в подготовленную ловушку, либо прямо в жаркие жерла огромных солнц, сгорая без следа.

Он понятия не имел, как враги это провернули, лишь чувствовал руку величайших логистов Многомерной Вселенной — Ордена Портальщиков, а именно Грегори-Торговца, который, по его информации, уже сдох, но вот его наследие каким-то образом продолжает работать.

Ну, а может, во всём виноват этот чёртов Лекарь, мощная аура которого совсем не тревожила Локи ровно до того момента, пока она не ударила по рядам его верной армии. И в этот ужасный момент он вспомнил, что у него сейчас не живая армия, а мёртвая. А Михаэль никогда не любил мертвяков. Он любил гусей, но это совсем другая история.

А когда этот жалкий Сигурд/Ульрих скомандовал атаку, его берсеркеры двинулись вперёд при поддержке легионеров Ордена Охотников, вот тогда закончилось всё окончательно.

Локи бежал. Сначала он бежал от своего брата Тора, который, впав в режим берсеркера, раскидывал костяных воинов налево-направо, пытаясь добраться до него. Затем он ускользал от слаженного удара Охотников, которые почти поймали его в ловушку. А потом он наткнулся на улыбающегося Михаэля.

Последнее, что он помнил, — это его весёлый смех и заинтересованный голос:

— Твоя пипирка тоже в костяшку превратилась, Локи? А яйца, судя по всему, отсохли за ненадобностью?

В общем, Локи бежал. Бежал без оглядки. И только оторвавшись на безопасное расстояние, понял, что он наделал, когда почувствовал, что поводок натянулся. Да-да, тот самый ментальный поводок, на котором его держал его костяной господин, и который дёрнул его сейчас, как собаку. Причём дёрнул со всей силы, заставляя его бежать к ноге.

Локи попытался сопротивляться. Это у него получилось, но даже он понимал, что ненадолго. Его новый господин гораздо сильнее. И его возвращение, которое обязательно закончится окончательной смертью, лишь вопрос времени.

В панике Локи огляделся, пытаясь понять, куда его занесло беспорядочное бегство. И он внезапно понял.

— Пропусти! — заревел он, тарабаня в дверь.

С той стороны послышался весьма удивлённый голос:

— Ты, костяная шавка Скульптора, совсем из ума выжил? Сдохнуть решил, явившись ко мне без своей армии? Так я тебе это устрою!

— Неназываемый, молю тебя! — прошептал Локи, используя все свои силы, дабы его не утащило к Скульптору. — Помоги мне, я буду служить тебе верно!

На этот раз Неназываемый, который всё ещё «не открывал двери» своего мира, весело расхохотался:

— Ты, Локи, бог хитрости и обмана, ты и в своём обычном состоянии был ещё той беспринципной сволочью. А прямо сейчас — в кого ты превратился? Нет, я на такое не поведусь. И да, я чувствую призыв твоего жалкого хозяина, поэтому, пожалуй, я тебя не буду убивать. Предпочту, чтобы это сделал он.

— Неназываемый, прошу тебя! Я буду служить тебе верно!

— Верность? Что такое верность? — снова развеселился Неназываемый. — Твоя верность Костяному основывалась на полном подчинении и угрозе смерти за твои неправильные поступки. И даже в этом случае, что, тебя это остановило? Вот сейчас ты сидишь у меня под дверью и жалобно скулишь, пока хозяин тащит тебя на бойню. О какой верности ты шепчешь, Локи? Сдохни уже и сделай мир лучше!