Книга Кодекс Охотника #39, страница 68 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Я быстро переместился в свое имение и осмотрел его, при этом проверяя, никого ли я за собой не привел. Вроде нет… Даже странно.

Кстати, вышел я в специальной комнате, которая находилась глубоко под землей и имела много уровней защиты. И если бы за мной кто-нибудь прошел, то ему было бы больно. Очень больно и неприятно, а затем наступила бы смерть, но уже от моей руки.

Я вернулся назад и вопросительно взглянул на Темную.

— Говори… — разрешил ей наконец паниковать.

И нет, я не дурак. Просто знал уже, что они хотят от меня, и это совсем неважно. С другой же стороны, был Костяной — мастер массового уничтожения и ударов по самому ценному. Ему плевать на семьи и прочее, он бьет туда не потому, что это приносит ему удовольствие, просто он совсем не эмоциональный тип, которого потом будет грызть совесть.

Но, с другой стороны, убить семью Охотника — это что-то новенькое, и тогда, наверное, весь Орден в полном своем составе выступил бы против него. И не так, как действует сейчас. А по-настоящему, где каждый готов отдать свою жизнь и сражаться до конца.

— У нас второй Мертвый Катарсис намечается, а ты тут прохлаждаешься, и мы не можем вмешаться. Ты нужен и срочно!!! — последние слова она уже прокричала.

— Прискорбно, — кивнул ей, все еще находясь в максимальной концентрации.

Неужели я стану параноиком?

Возле меня внезапно возникла вспышка, и этой самой вспышке я уже был готов снести голову.

И очень хорошо, что не стал действовать быстрее, чем подумал. Ведь мир мог лишиться Ликвидатора, который почему-то решил, что появление со спецэффектами сейчас будет уместным.

— Все проверил… Скульптор полностью ушел. Но то, что он оставил, это непросто, и будут последствия на сотни лет, если не решить этот вопрос прямо сейчас, — выдал он.

Блин… От происходящего мне стало грустно, но в то же самое время хотелось рассмеяться.

Темная и Ликвидатор выдали плохие новости, но как тут не улыбаться, если у него опять виднеются остатки пюрешки, которые он не успел вытереть с бороды. Дежавю какое-то… Темная, кстати, уже вовсю хихикает. Она достала маленькое зеркало, чтобы указать на его косяк.

Вы видели когда-нибудь, как краснеют Ликвидаторы? Я видел… Прямо сейчас он еще и злился, блин, пыхтел и зыркает на меня, словно это я специально пюрешкой его измазал.

— Выдвигаемся, — говорю этим двоим. — Хочу взглянуть на все своими глазами, и там уже подумаем, как действовать дальше.

Катарсис — это хреново. Мертвая Долина, в которой даже труп не успевает упасть на землю, как тут же оживает и начинает искать себе пропитание. И тут такое тоже вполне может произойти.

Переместились мы все, можно сказать, одновременно, и в нос сразу ударил запах гари и пороха. А еще было шумно от сотен разрывов не самых маленьких калибров.

Сейчас здесь шла самая настоящая война, в которой существенно пострадал лесной массив. Я вижу, что Москаленко отозвал своих бойцов куда подальше, и теперь утюжит здесь всё подряд издалека из всех стволов.

Опять же я вижу, что хоть стрельба идет без остановки, но и враги приходят в наш мир с такой скоростью, словно и не собираются заканчиваться.

— Необходима твоя помощь, — обращается ко мне Темная. — Мне нужно попасть к порталу… Но убить я там никого не могу. Поможешь?

— Когда это ты стала пацифисткой? — усмехаюсь, глядя на ее злобный оскал, который указывает, что она сейчас готова к битве.