Книга Кодекс Охотника #40, страница 54 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

К слову, эта милая девочка Хельга — чрезвычайно симпатичная, надо признать, несла в себе Первородный Хлад, как он есть. Причём в таком количестве, о котором оставалось только мечтать другим, более старым богам Пантеона.

Кажется, Первородный Хлад выбрал своего фаворита, и он точно не даст её в обиду. Поэтому к прибытию Охотнику, эта девочка-малышка, по меркам Многомерной Вселенной, уже практически всё разрулила сама. Ну, а он, так сказать, додавил своим авторитетом.

Улыбался он совсем другому, когда после разрешения недопониманий он представился и пообщался с этой девочкой, которая, по факту, оказалась гораздо мудрей, чем можно было предположить, глядя на эту красивую оболочку. Брат Сандр сделал правильный выбор, какие бы события конкретно к этому его не подвели.

В общем, Первый теперь за Хладный Пантеон был точно спокоен.

Но внезапно он задумался. Нужно найти окошко в своём сложном расписании и сбегать в гости к возрождённому главе Ордена Архитекторов, который, вопреки всем законам и заветам своего Ордена, принял имя. Теперь его зовут Теодор. И Старый Мак сказал, что он тоже весьма изменился с прошлой жизни.

И да, там была ещё одна жена Сандра, с которой Первый, после встречи с Хельгой, тоже очень хотел пообщаться.

Ведь его интуиция нашёптывала, что Многомерная Вселенная помогла в выборе Сандру. Вот только её замысел оставался всё ещё непонятен.

Внезапно дверь в зал распахнулась, и к нему подбежал молодой ученик.

— Брат Первый! Там! Там! — его глаза, едва светящиеся голубым цветом Кодекса, были широко распахнуты и встревожены. Щёки раскраснелись. Он пытался донести что-то важное, но Первый Охотник начал действовать сам, мгновенно выпуская сканирование из своего тела во все стороны, как невидимые щупальца, которые могли проникнуть сквозь любой барьер.

— Меня зовут Дмитрий Москаленко, глава гвардии Галактионовых. Великий Охотник Сандр использует своё право и взывает к Ордену о помощи!!!

Он услышал эти слова прежде, чем увидел, как посреди тренировочного двора Первой Крепости, защищённой сильнее, чем, возможно, любой другой объект во Вселенной, как раз от таких вторжений, проявилась сотня экипированных до зубов и готовых к бою мужчин.

А впереди всех стоял крысюк. Стоял расслабленно, но его лапы крепко сжимали рукоятки двух мечей. Однако Первый Охотник чувствовал, что эта расслабленность обманчива, и этот мохнатый самурай готов умереть, но защитить своих. При этом его душа ослепительно сияла Даром Душелова. Вот так номер!

Но призыв произнёс стоявший рядом мужчина, который бережно держал на руках глубоко беременную и бессознательную женщину, внутри которой…

— Пожри меня, Кодекс!

На самом деле, это было одним из сильнейших ругательств, которое вылетало из уст Первого Охотника. А через мгновение он уже стоял во дворе перед пришельцами и сканировал состояние девушки.

Она была плоха, чрезвычайно плоха, на самом деле. Она была близка к смерти. И время, в течение которого можно было что-то изменить, уже шло не на минуты, а на секунды.

— Старейшины! — рявкнул Первый, привлекая внимание.

— Не надо, старейшин! Пусти меня! — послышался голос Бездны.

Ну вот, ещё одно подтверждение, что даже Верховная Сущность не может зайти в Крепость без спроса.

Проанализировав ситуацию за мгновение, Первый дал добро, и Бездна материализовалась рядом с ним в виде высокой красивой женщины, которая тут же бросилась вперёд.