Книга Кодекс Охотника #40, страница 38 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Так почему же все эти выкрикивающие головы, которые желают ей смерти лишь по той причине, что она пользуется даром Пантеона, но не родилась здесь, не воспитывалась здесь, не была подвергнута их идеологии, так хотят её смерти?

— Дайте ей слово, — молвил один из богов, имени которого она ещё не знала.

— Зачем ей давать слово? Бросьте в неё лучше молот, так будет правильно, — возмутился дряхлый старик с посиневшей кожей.

Что примечательно, у этого старика кожа, хоть была и старая и морщинистая, но на ней совершенно не было видно каких-либо шрамов, или других напоминаний о его чудных сражениях. Лучше бы ей и правда слова не давали, а то она может здесь обидеть разом всех. Практически всех.

— Ещё одно слово, и мой клинок напьётся твоей крови, Форсетти, — а это уже был её отец, который не выдержал.

— Ну давай, хочу я на это посмотреть. Только предателей я еще не боялся, — фыркнул старик и встал в полный рост, показывая свой характер.

Тут она и заметила, что он был метра четыре в высоту, но боевых шрамов она всё еще не увидела. И вдруг прогремел громогласный голос того, кто являлся её дедушкой. Он сидел, кстати, во главе всего этого представительства на самом высоком месте. И, пожалуй, был одним из тех, кто корчил, наверное, самую недовольную рожу, глядя на неё.

Вот так вот и выходит в жизни. Встречаешь родственников и понимаешь, что не так уж и много потерял, что никогда их не видел. Их адское поведение её не оскорбляло и не печалило. Она уже давно не та наивная Хельга, которая пытается кому-то что-то доказать, или не знает, какое будущее её вообще ждёт: полное одиночество и забвение, или всё-таки быстрая молодость и смерть, пришедшая в одном из Разломов?

Сейчас она знала, кто она и откуда, и с кем связана её жизнь. И потому эти мелкие божки, со странной мелочностью, её совершенно не заботили. Она стояла — спокойная, уверенная, гордая. Дочь своего отца и матери, и жена своего мужа. Ради них она не могла позволить себе слабость. А потому решила закончить весь этот балаган, который они начали. И всё это судилище, так называемое.

Хельге объяснили, что это своего рода ритуал, который она должна пройти. Но есть шанс, что они устроят настоящий суд. Вот, кажется, это сейчас и происходит. А потому Хельга прикрыла глаза, на лице её появилась улыбка, и она обратилась внутрь себя: «Выходи, Хлад, пора показать этим неудачникам, кто здесь главный».

Она не была уверена, получится ли у неё это вообще всё, однако, к удивлению, Хлад ответил так, словно он только этого и ждал. Она не могла вспомнить времён, когда у неё был настолько сильный контроль со своей стихией. Моментально её тело окутало Хладом. И территория вокруг неё стала бурлить от растущей силы. Всё, до чего можно было дотронуться, он обращал в лёд. Несмотря на то, что сам камень здесь создан с такой функцией, дабы быть невосприимчивым к холоду.

— Меня зовут Хельга Галактионова! Я дочь Лагерты и Ульриха, ранее известного как Сигурд! Стою здесь перед вами без уважения и радости! Мне сказали, что я должна прийти сюда и проявить уважение! Но этого не будет! Его, как минимум, нужно заслужить. Если кого-то ранят или не устраивают мои слова, я готова прямо сейчас выйти на поединок чести. Один на один! Ведь мне не нужны ваши признания и одобрения. То, что моё, я могу взять и силой.