Книга Кодекс Охотника # 45, страница 46 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Ладно, сказал я себе, это не страшно. В Крепости и без них есть кому обрадоваться мне. Посижу пока со Старым Маком, послушаю, как Дэн ругается на молодых, поговорю наконец с Первым Охотником по-человечески. Заодно детей увижу, и проверю, как там Купер справляется в роли няньки.

Я попробовал прорваться всерьез. Пробовал по-разному, через собственные каналы и через старые метки. Потом через прямой прокол, который вообще-то работает всегда, даже когда всё остальное отказало. Попробовал через Тень, но без Шнырьки это оказалось бесполезно. Без присутствия короля глубокие тропы меня попросту не пускали, а по мелким я бы шел до Крепости целую неделю.

Не вышло ничего!

Всё это время Моргана сидела в столовой. Причем не просто сидела. Пока я метался по усадьбе, эта женщина достала из пространственного кольца дорожный набор и устроила себе полноценную чайную церемонию.

На столе появились изящный чайник, крохотные чашки, какие-то щипчики, ситечко и блюдце с сушеными ягодами. Она заваривала, разливала, нюхала, пробовала и всем своим видом излучала уютное довольство женщины, которая пришла в театр и заранее знает, чем кончится пьеса.

— Ты что-то точно знаешь, — сказал я, остановившись напротив нее.

— Я много чего знаю.

— Моргана!

— Пей чай лучше, — она подвинула ко мне чашку. — У тебя сейчас нервный вид.

Я не стал пить чай, а вышел во двор и позвал Эранию.

Моя пространственная дракониха свалилась с неба через полминуты, довольная и любопытная. Уж кто-кто, а Эрания ходит между Вселенными как через садовую калитку, и если дороги нет, она эту дорогу просто проложит.

— Летим в Первую Крепость, — сказал я, забираясь ей на спину. — Мне плевать, что там кому не нравится. Прорвемся!

Моргана вышла на крыльцо с чашкой в руке.

— Я бы тебе этого не советовала.

— Да скажи ты уже прямо, наконец!

Она вздохнула, секунду подумала, глядя на меня поверх чашки, и в ее взгляде мелькнуло что-то вроде жалости.

— Ладно… Тебя не пустят, Сандр. Многомерная не пустит.

— Как это не пустит? — я даже растерялся. — Кто ее будет спрашивать?

Верховная Ведьма закатила глаза с таким выражением, с каким обычно смотрят на детей, объясняющих взрослым устройство мира.

— Иди проверь. Не веришь мне — сам проверь!

И я проверил. Эрания взяла разгон красиво. Мир вокруг меня привычно поплыл, слои разошлись, и я уже чувствовал знакомое ощущение перехода, когда одна реальность отпускает тебя, а другая еще не приняла. А потом дракониха просто пропала у меня из-под ног. Не отбросило ее, не сбило, не оторвало. Только что подо мной была теплая чешуя, и вот уже ничего нет. Она полетела дальше, а я теперь лечу вперед сам только по инерции, а затем влетаю в барьер.

Я много раз раньше бился обо всякое. О щиты богов, о стены крепостей, о защиту миров, которые очень не хотели меня пускать. Но тут ощущение было такое, будто Мироздание аккуратно, без злобы и предупреждения, приложило меня лицом о невидимую плиту размером со Вселенную.

Из моих глаз посыпались искры, настоящие, мать их, в буквальном смысле!

Умирать я, конечно, не собирался, не тот масштаб. Но встряхнуло меня так, что пришлось нырять в Тень, чтобы просто не рухнуть камнем вниз, и выпасть уже возле усадьбы, на собственный газон.

Сел я там прямо на задницу. Весь такой нарядный, но немножко помятый. В моей голове звенело, во рту стоял вкус железа, а перед глазами плавали цветные пятна. Эрания вывалилась рядом, ошалевшая и напуганная, и тут же принялась виновато тыкаться в меня мордой. Она не поняла, что сейчас произошло, и явно решила, что виновата сама.