Книга Кодекс Охотника # 45, страница 111 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Три месяца назад его сердце остановилось. Правда, нищими они стали раньше.

Дарье достался дом, долги и остаток денег на банковском счёте. Эти деньги она почти целиком вложила в своё дело. Хотела возродить фамилию. Отец был купцом. Мать тоже понимала торговлю и могла одним взглядом найти ошибку в счёте.

Знакомые предлагали продать дом и переехать в Иркутск. Работы там хватало, а сам город считался самым безопасным в Империи. На вырученные деньги Дарья купила бы квартиру и ещё несколько лет жила спокойно.

Она отказалась тогда.

Здесь прошло её детство. На лестнице до сих пор оставалась царапина от санок, которые она в семь лет решила испытать прямо в доме. В кабинете стоял отцовский стол. Даже пустые комнаты казались своими.

Теперь чужие люди выворачивали шкафы и срывали обивку со стен в поисках богатства, которого давно не существовало.

Дарью взяли за волосы ещё в спальне. Бросили лицом на пол, прижали сапогом и потребовали отдать всё. Она пыталась объяснить. Первый удар пришёлся по губам. После второго стало трудно дышать.

Потом её притащили в погреб и заперли.

— Мы сами всё найдём, — пообещал старший, затягивая шнур на её руках. — А ты пока подумай, где спрятала остальное.

— У меня ничего нет, — выговорила Дарья, сплёвывая кровь на камень.

Мужчина взял её за подбородок.

— Когда вернёмся, вспомнишь. Смерть ещё заслужить надо.

Глаза у него были спокойные. Именно они напугали больше всего… Она не знала, откуда взялась уверенность, но этот человек убивал. Много убивал…

Сейчас наверху снова загрохотало. Подвигали мебель, уронили что-то тяжёлое. Потом послышалась ругань, и дверь погреба распахнулась.

По ступеням спустились шестеро. Широкоплечий мужчина соскочил с последней ступени в воду.

— Пусто! В кабинете одна макулатура.

— В столовой даже серебряных подсвечников нет, — пожаловался второй, освещая углы переносной лампой. — Что за купеческий дом такой?

— Я их продала, — ответила Дарья, стараясь не смотреть на лица.

Широкоплечий подошёл и ударил её ладонью. Голова дёрнулась, во рту снова появилась кровь.

— Тебя спрашивали? — процедил он, вытирая руку о штаны.

— Хватит, — остановил его седой мужчина, спускаясь последним. — Девка ещё нужна.

Он присел перед Дарьей, достал из кармана сложенный лист и постучал им по её колену.

— Два месяца назад ты сняла со счёта крупную сумму. Куда ты их дела?

— Потратила, — Дарья прижалась спиной к стене.

— На что?

Лампу он придвинул к самому её лицу.

— На своё дело, — от света пришлось щуриться.

— Какое ещё дело? — широкоплечий навис сверху.

Дарья сглотнула.

— Я купила оборудование для производства мороженого, — разбитая губа слушалась плохо. — В Империи на него хороший спрос. Я хотела открыть небольшую фабрику и…

Новый удар оборвал фразу.

— Она нас за идиотов держит, — широкоплечий размял пальцы. — Всё на мороженое потратила. Ага.

— Где оборудование? — седой так и не отвёл взгляда от Дарьи.

— На арендованном складе…

Мужчины переглянулись.

— Заберём документы и саму девку, — решил седой, поднимаясь. — Дом перепишет на нас. Со складом потом разберёмся.

— Куда её девать? — тот, что жаловался на подсвечники, поднял лампу выше. — С подпольными борделями сейчас беда. Имперцы прижали почти всех.

— Найдём покупателя, — широкоплечий смерил Дарью взглядом. — Не найдём, себе оставим. В большом доме прислуга нужна.