Книга Кодекс Охотника # 46, страница 63 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Я слежу за обстановкой, — объяснил Семён Семёнович и взял кружку обеими руками. — На планету напали всё-таки.

— На планету напали, а страдаешь ты из-за Галактионова, — заметила Марья и кивнула на экран. — Вон как смотришь. Будто он у тебя место занял.

Семён отпил чай. Горячий. С сахаром ровно как любит.

— Люди делом занимаются, — произнёс он, глядя на повтор боя. — Пользу приносят.

— Ты тридцать лет пользу приносил, — напомнила жена и поправила ему растрепавшиеся волосы. — Давай уже оставим подвиги тем, у кого колени не хрустят на лестнице.

— У меня Дар есть, — тихо сказал Семён и опустил глаза в кружку.

Марья улыбнулась.

— У меня тоже, — ответила она, погладив мужа по голове. — Слабенький. Когда нервничаю, сам включается. В работе проводницы от него одни хлопоты были. Артефакты в поездах на меня срабатывали, а я потом начальнику состава доказывала, что пассажиры техниками не балуются.

Семён всё-таки улыбнулся.

Первую такую проверку они помнили оба… Уж слишком большое ЧП тогда произошло.

Артефакты, замечавшие применение техник, поставили в ночных поездах ради безопасности. Марья инструктаж прослушала, расписалась и через два часа забыла, какую кнопку нажимать при ложном сигнале. Её Дар пошевелился возле служебного купе. Система завыла на весь вагон и активировалась полная боевая тревога…

Жена решила разобраться сама не стала докладывать ведь тогда было еще то время когда начальство не любило когда их дергали по глупостям.

Разобралась она примерно к тому моменту, когда поезд на ходу догнал транспорт Службы безопасности. Отряд вошёл через крышу и за минуту уложил лицом в пол пассажиров трёх вагонов, двух проводниц и начальника состава. Долго искали опасного Одарённого. Нашли Марью с чайником.

— Тебя тогда тоже положили? — спросил Семён, хотя историю слышал раз двадцать.

— Положили, — Марья отпила чай и недовольно поджала губы. — Ещё сапогом на спину наступили. Вежливо, правда. Сказали: «Гражданка, не двигайтесь, Империя вас защищает».

— Защитили ведь, — Семён усмехнулся и убавил звук телевизора.

— От самой себя, — Марья махнула рукой. — Зато после меня инструкцию переписали. Теперь проводницы сразу знают, куда звонить.

И хоть ему не нравилось как тогда обошлись с женой и первые пару лет он злился, но потом простил их всех. Ведь правила показали себя жизнью… Однажды и правда была опасная ситуация и тогда такие действия Имперской Службы безопасности предотвратили трагедию когда один из пасажиров рехнулся и решил уйти на тот свет забрав всех с собой.

Семён посмотрел на жену.

Лучшая женщина на свете… Он и правда так думал без капли преувеличения.

Когда его месяц назад отправили на пенсию, Марья продержалась на работе ровно три дня. Потом пришла к начальнику поезда, положила заявление на стол и сказала, что муж дома один скучает, а она свою норму чужих носков и храпа уже перевыполнила.

Теперь они скучали вдвоём.

Правда, Марья умела находить занятия. То занавески меняла, то соседке помогала с рассадой, то затевала пироги на весь подъезд. Семён же не мог найти себе места… Ему всегда казалось что он находится не там и занимается не тем… Его трудно назвать человеком который любил свою работу, но делал он ее добросовестно.

— Глупостями я занимаюсь признал он правоту ее слов, — сказал и выключил телевизор. — Прости, Маш… Ты права… А я что-то расклеился не для меня видимо пенсия.