Книга Кодекс Охотника # 46, страница 12 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Хорошо, — Марк кивнул на изображение контейнера. — Добавьте еще вопросы о происхождении этого объекта, назначении и возможных рисках для других государств.

Помощник помедлил.

— Заявки примут, — произнес он, аккуратно подбирая слова. — Ответов сегодня может не быть. У них сейчас вторжение, эвакуация столицы и эта… конструкция.

— Ответ будет, — сказал Марк, закрывая папку.

— На чем основана ваша уверенность? — помощник убрал дощечку за спину.

Марк оглядел длинный стол Сената. За ним сидели люди, которые привыкли спорить даже с календарем, если дата не устраивала казну, поэтому сейчас никто не торопился вмешиваться.

— Российская Империя является нашим союзником, — ответил он, сцепив пальцы. — Ею управляют люди, которые держат слово. Мы встречались лично и договорились действовать жестко, открыто, ради сохранения планеты. В противном случае договора теряют смысл.

Один из сенаторов наклонился к соседу, но шептать передумал.

— Информация о таком обьекте касается всех, — продолжил Марк, постучав костяшкой по снимку. — Если нас отправят ждать у закрытой двери, полноценного союза нет. Останется лишь его иллюзия. Я предпочитаю узнать об этом сейчас.

— Понял вас, Ваше Императорское Величество, — помощник поклонился и сделал новую отметку.

Двери командного зала раскрылись и внутрь быстрым шагом вошел офицер Генерального штаба. На его мундире темнела копоть, левый рукав был разрезан у плеча.

— Срочный доклад с восточного побережья, — произнес он, остановившись перед столом. — Наши Центурионы вступили в бой с двумя целями возле Анконы. Обе они вышли из одного пространственного прорыва.

— Боги? — спросил Марк, разворачивая к себе карту.

— Признаков божественной основы не обнаружено, — офицер положил на стол два кристалла записи. — Возможно, это чудовища высокого ранга. Разведчики допускают человеческое происхождение, их тела сильно изменены.

— Пока не разберетесь, не называйте их ни людьми, ни чудовищами, — распорядился Марк, активируя первый кристалл. — Что с нашими?

Над столом возникло изображение разрушенной гавани. Один противник стоял в воде и удерживал сразу троих Центурионов длинными костяными лентами, второй дрался на крыше склада. Камень под ним плавился, хотя огня рядом не было.

— Двое раненых, потерь среди Абсолютов нет… — офицер сбился, увидев вопросительно поднятую бровь Императора.

— Простите Ваше Императорское Величество… Центурионов!

— Так-то, Леонардо! Абсолюты могут быть у Российской Империи, а нам нужно чтить наши корни и традиции.

— Виноват, Ваше Императорское Величество, — офицер поменял ракурс записи. — Гражданских вывели. Мы стягиваем туда две когорты Второго легиона и тяжелые артефакты.

— Когорты оставьте за внешним периметром, — Марк остановил запись на костяных лентах. — Центурионам передайте, что врагов желательно взять живыми. Если вдруг риск возрастет, уничтожить. Город ради пленных опасности не подвергать.

— Будет исполнено! — офицер приложил кулак к груди и отошел к связистам.

Рим держался. Отчеты приходили не очень хорошие, зато управляемые, да и больших потерь не было. Армия работала, знатные дома вывели гвардии, гражданские таскали раненых. Даже Сенат на время перестал делить заслуги и деньги, хотя второе давалось ему заметно тяжелее.