Книга Маска зверя, страница 117 – Дмитрий Шебалин

Вернув контроль над эмоциями, он распустил плетение и опустил руку.

— Ты победил, Ульдаг, — выдавил он из себя. — Спасибо за твой последний урок.

Шад развернулся и зашагал обратно. Туда, где найдёт мёртвое тело несостоявшегося короля. Очередная Игра подходила к концу, и, кажется, её победитель уже был определён.

— Кромвель, скажи, что ты тут делаешь?

Мой вопрос застал мага врасплох, ведь прямо сейчас он сидел за большим накрытым столом и обгладывал куриную ножку, запивая её разбавленным вином. Он удивлённо огляделся по сторонам и, не найдя ничего предосудительного, непонимающе уставился на меня. «Кругом сплошные актёры», — подумал я.

— Не притворяйся, ты понял о чём я. На кой чёрт сдалась вся эта крайне опасная возня магу, не так давно взявшему ранг мастера?

— Хм, наверное, ты хотел спросить, что же такого сто́ящего я мог получить взамен, и не продешевил ли ты сам?

— Можно выразиться и так, — что уж отпираться, такое меня действительно интересовало.

— Я бы предпочёл обсудить это чуть позже. Как закончишь свои дела, загляни ко мне в гости. У меня для тебя есть интересное предложение.

С этими словами он передал мне листочек бумаги, на котором был записан адрес. Пуёль, это в Империи, там мы однажды ненадолго останавливались.

— А разве мои дела здесь не закончены? — спросил я у него.

— Это тебе лучше уточнить у своего заказчика, — Кромвель кивнул на Ульдага, который сидел на другом конце стола и обсуждал что-то с князем. Или, лучше сказать, с будущим королём.

После смерти Сверсена магистр Шад отвёл войска обратно в Греш. Он временно возглавит род, вплоть до совершеннолетия одного из наследников. К тому же он пожелал провести последние дни, отведённые Загоррику, подле него, ну или хотя бы поучаствовать в церемонии прощания, если не успеет застать его в живых.

Бродрик же, похоронив и почтив память погибших, решил, что настало время праздновать. Он отчего-то не спешил возвращаться к своей супруге и предавался пьянству и разврату с местными девицами. Словно пытался отвести душу напоследок. На третий день, устав пить в одиночестве, он надумал устроить всеобщий пир. Надо было видеть лицо барона Волка, погреба́которого были опустошены, а по деревням скуплена вся провизия. Я даже слышал, как он яростно шептал Ульдагу, что если Загоррик не соизволит уйти в мир иной в самое ближайшее время, то он отправит туда Бродрика. На что мастер его успокаивал обещанием возместить потери, когда всё закончится.

Усадив за общий стол своих сторонников и ещё недавних врагов, князь не забыл и про отличившихся в бою командиров и самых доблестных воинов. В общей сложности набралось человек тридцать. Впрочем, несмотря на такую толерантность о субординации никто не забывал, и места распределялись строго по иерархии. Разве что Ульдаг сидел по правую руку от князя, что не соответствовало его положению в обществе. Но я бы посмотрел на того, кто из сидящих в зале посмел бы ему об этом сказать в лицо.

Зато мне отвели место аж в середине стола, как первому сразу после всех благородных. Большая честь, если подумать. Если же подумать ещё раз, то мне на это было насрать. Слева от меня, на один стул поближе к князю сидел Кромвель. Свои права в Империи он ещё не оформил, а потому в статусе ненаследного аристократа находился даже дальше, чем Гунмир. Тот, кстати, не скрываясь, подслушивал наш разговор и даже решил принять в нём участие.