Книга Чужие интересы, страница 137 – Дмитрий Шебалин

— Колтун, а ты чего такой спокойный? — спросил я. — Тебе на этот раз напутствие не нужно что ли?

— Так, а чего тут? Понятно же все. Бей сильнее, толкай мощнее. Оглянуться не успеем, а они уже будут драпать. Тут главное успеть побольше трофеев набить, пока не разбежались.

— Вот оно как… А остальные того же мнения? — я оглядел десяток. — По рожам вижу, что такого же… Тогда дайте-ка я вас расстрою. Во главе армии стоит сын барона Волка, тот самый Гунмир, что так эпично надрал наши задницы возле замка баронессы. Неужто вы думаете, что он просто так, без всякого умысла, отдаст на убой своих ополченцев? Я вот что-то в это не верю и вам не советую. А потому, смотреть в оба и держать строй! Того, кто высунется из него в погоне за наживой, сделаю импотентом! Вопросы есть?

— Нет, командир!

— Тогда стиснули свои булки, маршируем в ногу и готовимся надрать задницы кому бы то ни было! И рожи позлее сделайте! Авось враги без боя разбегутся.

Кричал я погромче, чтобы не только свои слышали, но и соседние десятки. Если я ошибаюсь, черт с ним, будет только лучше. Но если я прав, то лучше, чтобы сотня была готова к вражеским сюрпризам и встречала их в щиты, а не разрозненно.

— Слышь, Берт, — вдруг краем уха услышал я шепот Колтуна. — А кто это, «импотент»?

— Точно не знаю, но вроде как одержимый мелким демоном — импом. Что-то я такое слышал…

— Ох ты ж. А разве он такое может?

— Хочешь проверить? Я вот не очень.

— Да ну тебя! Просто думаю, не прост наше колдунство, ох не прост.

От тихого, как казалось собеседникам, разговора отвлек громкий голос сотника. Брок, видимо, разделял мои опасения, и сейчас отдавал команды по сохранению дисциплины.

— Держать строй! Никакого продвижения без моего приказа! Того, кто побежит вперед или, не приведи Трое, назад, ждет участь пострашнее смерти! А теперь… гото-о-овсь! Упор!!!

По команде сотника перед самым столкновением мы остановились, упершись в землю ногами, выставив щиты и ощетинившись двухрядной стеной копий. Волна ополченцев, также как и мы вооруженных в основном копьями, врезалась в наше оборонительное построение, сразу понеся первые потери. Их строй был куда хуже, да к тому же находился в движении, потому преимущество первого удара было на нашей стороне. Мы же методично толкали и кололи. После первого шока командующий ополчением попытался воспользоваться численным преимуществом и зайти с фланга, но наш командир не оставил это незамеченным.

— Левая дуга! Левая дуга! — разносилось по полю. И наша шеренга с левого края начала загибаться полукругом, не позволяя противнику быстро зайти во фланг или тыл. Туда же на усиление направился первый из двух отрядов резерва.

Все команды Брока на всякий случай повторяли десятники, продолжая при этом наравне с рядовыми бойцами махать оружием. Там, где строй проседал, и древковой оружие становилось неэффективным, многие наемники бросали на землю свои копья и выхватывали топоры и булавы. Задние ряды при этом старались все же поражать противника на расстоянии. Я даже видел, как один наемник швырнул один за другим два небольших метательных топора и оба раза вполне удачно.

Я в меру своих сил орудовал копьем, стоя впереди, но больше был сосредоточен, чтобы не пропустить удар, чем поразить противников. Я берег силы, и совсем не использовал техники. Зато, расположившийся за моей спиной Хорки четкими выпадами уже успел ранить одного в ногу, а второго поразить в плечо, выведя обоих из строя. За непродолжительное время потери противника убитыми и ранеными были близки к критической массе, чтобы сломить дух ополчения. И я уже было начал верить, что в кое-то веки мое предчувствие меня подвело. Но тут события понеслись с ошеломительной скоростью.