Книга Злодейский путь!.. [том 9], страница 161 – Эл Моргот

«Его так беспокоят кровати?» — недоуменно подумал он, чувствуя себя неимоверно глупо.

— Ты объяснишь мне, что здесь вообще происходит? — нетерпеливо потребовал Рэн.

Похоже, наличие дневного света здорово его взбодрило. Несмотря на странность происходящего вокруг, Рэн выглядел не в пример бодрее себя в гробнице или даже себя несколько минут назад. Или он просто смирился, что свихнулся?

Шен решил на всякий случай уточнить:

— Что последнее ты помнишь?

— Прежде чем очнулся здесь? — уточнил Рэн, принявшись нервно постукивать пяткой по полу.

Шен молча ждал ответа. Стук каблука участился, а затем резко оборвался, и Рэн произнес:

— Я хорошо помню, как мы шли по тоннелю с тобой, твоим учеником, старейшиной Муаном и старейшиной Левом. Мы спустились в какую-то комнату. Потом стало совсем темно…

Рэн надолго замолчал, и Шен уже собирался прервать тишину, когда он произнес:

— Еще свет… или блеск… Я ощущал, как двигаюсь по узкому коридору навстречу свету, а затем этот свет объял всего меня… Но затем все вновь погрузилось в темноту.

Шен задал этот вопрос из чистого любопытства и чтобы немного отвлечь Рэна от основной цели их разговора, и не собирался развивать эту тему, но сейчас из любопытства же не смог не уточнить:

— Как ты ощущаешь свое время пребывания в темноте? Это миг? Потеря сознания? Или ты мог бы досчитать до ста тысяч? Ты осознаешь себя? Чувствуешь что-нибудь? Можешь ощутить боль или какую-то часть своего тела?

Такое обилие вопросов заставило Рэна удивиться, что несколько отвлекло его от страха, который он ощутил, вспоминая прошлое пробуждение. Впервые Шен разговаривал с ним так заинтересованно, даже приятно. Однако Рэн прекрасно осознавал сущность проклятого старейшины, чтобы понять, что для него подобная заинтересованность не сулит ничего хорошего.

Рэн вскинул голову и внимательно вгляделся в его глаза, и обхватил себя руками, словно страдая от холода.

— Так значит, я в самом деле одержим Глубинной тьмой?

Шен не успел подобрать верных слов, да Рэну и не требовалось ответа, он принял его молчание за знак согласия. Шен видел, как с его лица пропадают все краски, а глаза теряют яркость. Через несколько секунд перед ним предстал человек, словно приговоренный к казни.

— Я… Я не хочу умирать.

Глаза Шена расширились, а холодное лезвие, словно застрявшее в груди, вновь провернулось, напоминая о содеянном.

Рэн не был человеком, к которому Шен должен был испытывать хоть каплю сочувствия. И все же… Все же Шен не чувствовал себя в праве судить о нем. Как любое живое существо — он хотел жить. Как любое глупое живое существо — он совершал ошибки.

Шен вновь почувствовал подступающую к горлу тошноту и быстро, прежде чем мысли захлестнут его, прошел к кровати и вполоборота сел напротив Рэна.

— Ты ведь не поверишь, что я хочу тебе помочь, так? — резко уточнил Шен.

Рэн неуверенно посмотрел на него.

— Насколько я тебя знаю, я скорее поверю, что все происходящее — твой жестокий эксперимент, чтобы узнать, можно ли перемещать Глубинную тьму таким образом.

Шен немного опешил и тут же захотел высмеять его ответ и уточнить подробности, как все так складно вырисовывается в его голове. Как тот факт, что он сам даже не присутствовал в замке, когда Рэн попался на удочку Глубинной тьмы, соотносится в его мозгах с Шеновым «хитрым планом»? Но Шен одернул себя. С Рэна станется обвинить его во вселенском заговоре, а сейчас разговор не об этом.