Книга Злодейский путь! Том 1-2, страница 162 – Эл Моргот

[+20 баллов за красивые глаза], – добила его Система.

Шен от смеха чуть ли не по полу катался.

[Должна же я была восстановить баллы. Признаю, что это было ребячеством с моей стороны].

Прошло долгих десять минут, прежде чем Шен смог успокоиться. Он сел на террасе и посмотрел на золотое заходящее солнышко.

«Ладно, – словно продолжая разговор с прерванного места, подумал Шен, – поставим вопрос по-другому. Сгенерируй какой-нибудь двигающий сюжет бонусный рояль. Так-то ты можешь?»

[Бонусный рояль генерируется].

С того места, где сидел Шен, были хорошо видны главный вход в поместье и дорожка к нему. И как раз сейчас по ней решительно направлялся Аген. Наблюдая за ним, Шен подумал о том, что, может, не стоило так опрометчиво говорить ему, кто его настоящий отец. В конце концов, что это изменит? Но он так устал от всей этой лжи и недосказанностей, что просто сказал ему, не задумываясь о последствиях. Ему хотелось верить, что так будет лучше. Но правда заключалась в том, что он понятия не имел, не повергнет ли это знание жизнь этой семьи в еще больший хаос.

Шен перевел взгляд на открытые ворота. Слева возле них стоял слепец. Шен резко вскочил на ноги, не понимая такого поворота событий. Что здесь забыл этот человек? Как посмел явиться?!

Аген направлялся прямо к нему. Должно быть, что-то почувствовав, слепец сделал пару шагов к нему навстречу.

Шен спустился с террасы и быстрым шагом направился к ним.

Трое замерли в молчании. Шен заметил, что неподалеку от них, под персиковым деревом, стоит и с печальной улыбкой наблюдает за происходящим Лэйвор.

Аген нарушил молчание первым.

— Это ты, – сказал он слепцу.

Тот поднял трясущуюся руку и осторожно, нерешительно, каждое мгновение готовый, что ее оттолкнут, дотронулся пальцами до лица своего сына.

— Ты… похож на свою мать.

— На демона, что обманула тебя? – уточнил Аген.

— Нет. На богиню, которую я любил всю свою жизнь.

Аген смотрел на измученное лицо своего настоящего отца. По щекам его текли обжигающие слезы, и молодой человек старался не издать ни звука, чтобы не выдать, что он плачет. Но его отцу не нужно было быть зрячим, чтобы это понять.

— Я счастлив, что у меня есть сын от женщины, о которой я думал всю свою жизнь. Пусть я и узнаю об этом лишь спустя двадцать лет. – Помолчав, он затем прерывисто вздохнул и уничижительно продолжил: – Я жил в ненависти все это время. Не видел тебя не потому, что ослеп, а потому, что утопал в своей ненависти. Я причинил тебе много боли за эти годы.

— Ничего, – всхлипнул Аген. – Я все равно считал тебя вздорным старикашкой.

— Да как ты смеешь так разговаривать со старшими, малец?! – в шутку возмутился слепец.

— Прости, отец, – повинился Аген. – Мне называть тебя отцом? Или продолжать называть дядей?

— В конце концов, мой брат вырастил тебя прекрасным человеком. Называй как тебе будет угодно. Моя вина перед тобой – в целых двадцать лет.

Шену хотелось крикнуть: «Да обнимитесь вы наконец!» – но он упорно делал вид, что всего лишь часть пейзажа. А то опрометчиво подошел, а тут такая трогательная беседа…

— Шен, – внезапно обратился к нему слепец.

Тот аж вздрогнул. Он было подумывал, что слепец его не заметил.

— Об одном я сейчас жалею: что никогда не смогу его увидеть. Ты способен подарить мне один взгляд?