Книга Второстепенный мастер. Том 1, страница 202 – Эл Моргот

Он видел, как в ее глазах зарождается новый план.

— Не мне судить.

Глаза Тан Илань на мгновение вспыхнули злостью.

— О, как удобно самоустраниться теперь, когда все кончено для двух… трех жизней. Если вам настолько все равно — стоило ли начинать этот спектакль?

— Я не пытаюсь самоустраниться от жизни, поэтому сделал то, что сделал. Однако чужие жизнь и смерть кажутся мне довольно… как бы сказать… незначительными? Я знаю, что люди по большей части предпочитают жить. Но что с того, если они умирают? Рано или чуть позже… Неожиданно или ожидаемо… Всегда «не так» и «не тогда», как хотелось бы.

Тан Илань долго смотрела на него, а затем тихо фыркнула:

— Не беспокойтесь обо мне, господин Ларт. Если бы мы победили, я была бы очень счастлива, наслаждалась бы жизнью и, наверное, ни о чем бы не жалела. А так — что ж, приходится мириться с этим.

Ларт вышел из каюты, сопровождаемый ее легким смехом.

Вдыхая влажный речной воздух, он ощущал, что у него трясутся руки.

Был ранний вечер, когда «Красная птица» вошла в Эхх. Большая часть города терялась за холмом. С судна были видны склады и лавки с деревянными фасадами, расположенные вдоль реки. Небольшие чайные дома, построенные на сваях, открытыми дверями приветливо приглашали прохожих заглянуть внутрь. Все постройки были покрашены в яркие цвета.

— Какой пестрый, — очарованно произнес Лиэ Ю.

Практически все пассажиры следили за приближением к порту из обзорного салона. Ларт, Лиэ Ю и остальная часть их компании вышли на палубу.

— Безобразно, — поджав губы, бросил Су Циан. — Эхх и все южные земли находятся под юрисдикцией Академии Шиповника. Всем известно, что у них нет ни манер, ни вкуса.

Лиэ Ю, уязвленный словами распорядителя, который походя оскорбил и его вкус, недовольно покосился, но не стал спорить, просто сделав вывод о воспитанности самого Су Циана. Можно ли быть очарованным городом, еще даже не ступив на его землю? Теперь глава секты Полуночного сияния знал, что да.

— Нам нужно раздобыть носилки для Тан Илань, — наблюдая, как судно причаливает, произнес Су Циан. — Она удивительно расклеилась. Возможно, она не оправится от своей раны.

— Ее все равно вскоре повесят, — вклинился в беседу вышедший из салона новеллист Ду. — Приговор Лю Янь, скорее всего, отложат, пока она не родит. С Тан Илань же не будут церемониться. В конце концов, она совершила продуманное хладнокровное преступление. В новеллах любовь и преданность часто служат оправданием. В жизни мы тоже можем это понять. Но это не освобождает от ответственности.

«Красная птица» окончательно причалила к пристани. Там уже ожидали стражи порядка. Как только трап был перекинут, они поднялись на борт и недолго проговорили с капитаном и распорядителем Су. Затем, с некоторой задержкой, притащили носилки. Тан Илань пронесли по палубе к трапу.

Лю Янь следовала за ней. Руки ее были связаны веревкой. Она была бледна, но в остальном выглядела как обычно. Ее прическа была идеальна и платье тоже. Она подошла к носилкам и произнесла:

— Привет, Илань. Я все испортила. Потеряла голову. Во всем призналась. Прости.

Тан Илань улыбнулась ей и ответила:

— Все в порядке. Это была рискованная игра, и мы проиграли.

Носильщики аккуратно ступили на трап. Тан Илань откуда-то достала кинжал и приставила к своему горлу.