Книга Академия Слов, страница 75 – Сенни Роверро

Так что лучше просто мило улыбнись, пожми плечами, опусти шутку или намёк на неё – по ситуации – и постарайся на деле показать, на что ты способен. Это я и собиралась сделать. Изобразить из себя юную, неопытную, чуть наивную, но старательную девочку. Старикам такие не редко нравятся. На счёт конкретно Распутина я точно ничего сказать не могла, так как была "знакома" с ним лишь из досье с характеристиками, а потому выбрала для начала воспользоваться одной из "общих" стратегий, а потом уже при необходимости подстроиться.

— Тебе хоть за это платят, девочка? – неожиданно с понимающей и почти сочувственной усмешкой поинтересовался Распутин.

— Платят конечно, – кивнула я, накрутила одну из специального выпущенных из прически кудряшек на палец, мило хлопнула глазками и оскалилась в ответной усмешке. – А за работу с вами я ещё и доплаты попрошу не маленькой, потому что от меня потребовали почти невозможного на том лишь основании, что у меня, видите ли, уже один раз это получилось. Добровольным альтруизмом я, уж поверьте мне, не страдаю, он нынче не в цене.

Сказав это, я с облегчением увидела во взгляде Распутина то чуть насмешливое и слегка саркастичное, но понимающее выражение, которое может появиться тогда, когда человек встречает того, с кем, как считает, оказался "в одной лодке" и при этом у него с ним есть что-то общее. В нашем случае "общим" выступал не слишком приятный характер, который я только что в чётко выверенной дозировке продемонстрировала. Теперь, когда мне, кажется, удалось заполучить расположение покойного ведьмака, дело должно было пойти проще.

Выходя из чужой квартиры через три часа, я чувствовала себя вымотанной окончательно, но при этом удовлетворённой и гордой – всё-таки повторно провернуть то, что считалось до тебя чем-то почти невозможным, это определённо повод хоть немного собой погордиться. Жаловаться было не на что, на том кладбище я провозилась все десять часов. А тут мне ещё и сам неупокоенный как мог содействовал в своём упокоении. Прелесть, правда? Единственным минусом было то, что открывать проход в тот мир пришлось в этот раз искусственно несмотря на с не малым трудом разорванную связь Распутина с Городом, что его удерживала. Сие действо было весьма рискованным и энергозатратным, но общими усилиями мы с Эдгаром всё же справились. Зато Распутин оставил за мной право при острой необходимости обращаться к нему за помощью, а добровольная помощь духа такого уровня силы – это вам не шутка!

Знаете, как-то так сложилось, что меня никогда не звали в рестораны. В меня многие влюблялись или путали своё восхищение с влюблённостью, но в силу того, что большую часть времени я нахожусь в окружении студентов, денег на то, чтобы объект своего воздыхания пригласить в ресторан, нет почти ни у кого из моих несчастных "поклонников". В прочем, мне оно и не нужно было никогда. Равно как и сами бедные воздыхатели, которым пылью в глаза затмил разум мой проработанный до мелочей образ. Я ведь прекрасно знала, что они влюблены не в меня, а в ту девушку, что я им показываю. Однако, как говорил дядя, однажды это должно было свершиться. Меня пригласили. И не абы кто, а Киров. Приняла ли я приглашение? Глупый вопрос.

Выбирая, что одеть и как накраситься, разумом я прекрасно понимала, что меня туда позвали не для романтических бредней, а чтобы обсудить что-то важное. Потому что иначе меня пригласили бы не через смс в воцапе и не со словами: "Мне нужна частная встреча с вами там, где нас не ожидают увидеть. Надеюсь на то, что вы придёте". Но сердце вопреки логике пело, туманя розовым дымом рассудок и этим весьма раздражая здравомыслящую часть меня, которая, к счастью, пока доминировала над той глупой и невесть на что рассчитывающей частью. Это было очень похоже на ссору безумца, страдающего раздвоением личности, с самим собой.