Книга Эпоха Сочувствия Том 1: Балы и бомбы, страница 202 – Святослав Макаревский

— В общем, этот уважаемый человек сам, конечно же, не подслушивает, о чём его гости общаются… – Хааркен позволил себе по-заговорщицки тонкую улыбку. – Но вот его слуги… С их помощью мы получили доказательства – общество это встречалось с настоящими революционерами! А студент наш… он передавал им бомбы, которыми, судя по всему, пытались убить Их Высочества!

— И как выглядел революционер?

— Описание совпадает с внешностью человека, бросившего бомбу в принцев и сбежавшего, – доложил Хааркен. –Завтра у тайного общества встреча. Вы представляете, ваше высокородие, какая эта будет победа… Когда Его Высочество наследник вернётся и узнает, что Охотники, покушавшиеся на него, разгромлены…

Сейчас, стоя у дубовых двустворчатых дверей дома, Мэйфон оптимизма Охранителя не разделял. Никто не гарантировал, что какие-либо Охотники придут сегодня.

Полицмейстер, расстегнув чёрный двубортный сюртук, засунул руку в карман жилета и, вынув часы, щелчком открыл их.

— Начинаем операцию! – кивнул он Хааркену, стоявшему рядом. Тот переглянулся со вторым Охранителем.

Полицмейстер и сам достал револьвер – барабан на восемь, а не на шесть, как обычно, патронов. Предусмотрительность.

Слуги закона тихо, один за одним, проскользнули в подъезд. Консьерж, чуть ли не подобострастно кланяясь, показывал дорогу к нужной квартире. Быстрым шагом Мэйфон, жандармы, полицейские и Охранители поднялись по лестнице на четвёртый этаж – уже небогатый, но всё ещё приличный. Крепкая, обитая кожей дверь, была затворена, за ней слышались весёлые голоса.

— Уважаемый, ключ, пожалуйста, – сказал Хааркену жандармский майор, Ардесис. Действовать решено было жёстко и напористо, чтобы ошеломить и напугать людей, потенциально связанных с революционерами.

Охранитель вставил ключ от квартиры-ловушки в замочную скважину и провернул несколько раз. Двое жандармов могучего телосложения бросились на дверь, ударив в неё плечами, и, как только дверь отворилась, слуги закона ворвались в квартиру.

— Стоять, не двигаться, руки вверх! – громко приказали они, пробегая через прихожую. Мэйфон зашёл следом. В гостиной, очевидно, совмещённой со столовой, застыли, приподняв пустые руки, около десяти молодых человек. Посреди комнаты стоял стол, щедро сервированный.

— Ордер на обыск, подписанный господином полицмейстером по столичному городу Вигион! – выкрикнул Ардесис, размахивая перед ошалевшими лицами собравшихся листом бумаги.

— Вы кто такие? – возмущённо выкрикнул молодой человек с реденькой бородёнкой.

— Молчать, заговорщик! – один из жандармов схватил его за воротник и, приподняв со стула, швырнул на пол. Тот, пытаясь не потерять равновесие, схватился за скатерть и, потянув её за собой, уронил на себя тарелку с мясом.

Сейчас начнётся типичная игра – один слуга закона орёт, угрожает и, может, даже бьёт, а второй говорит тихо, спокойно, вежливо, даже как бы сочувствуя… Мэйфон обыкновенно играл второю роль, она ему нравилась больше. А на первую кандидатов хоть отбавляй… Вот и Ардесис вопит, бешено вращая глазами.

Второй Охранитель – имени его Мэйфон не знал – весело поглядел на представление, подхватил с глубокой тарелки с фруктами яблоко и хрустнул.

— Надеюсь, не отравленное, – жуя, проговорил он. – Отравите – на каторгу, господа вольнодумцы, пойдёте.