Книга Благословения и проклятия Чуждого Края. Том 1, страница 90 – Адени Сова

— Правда? – не без интереса спросил Руан. – Он обладает разумом?

— В некотором роде. Но только, чтобы он начал разговаривать, нужно научить его. Объединить его со своим сердцем, поверить в реальность происходящего.

— А в чем подвох? – Разумеется, осмотрительный мон первым делом задал именно этот вопрос.

— Ни в чем, – невинно ответил Каэн. – Просто подумал, вдруг однажды тебе станет скучно, а поговорить не с кем? Вот и пообщаешься с камушком.

Руан задорно рассмеялся, отложил подарок в сторону и завел разговор о поездке мага.

Лишь через неделю до него дошли вести об исчезновении Миирны. Мон поспешно вернулся в столицу, чтобы узнать подробности: племянница сильно поссорилась со всеми старшими родственниками, включая царствующих бабушку с дедушкой, а потом сбежала.

— Почему ты не позвала меня? – спросил Руан невестку.

— Я думала, ты и так скоро вернешься, – холодно ответила вдовствующая мона, у которой отношения с дочерью не задались с самого рождения Миирны. – Кто же знал, что она настолько дурная?

Руану показалось подозрительным, что Миирна не попросила у него помощи, не предупредила о своих безумных планах. Несмотря на глубокую обиду на племянницу, он бросил все силы на ее поиски, желая убедиться, что с ней все в порядке. Но она как сквозь землю провалилась.

Вскоре в столице начался бунт, переросший в революцию по всему миру. Архимона свергли, и Руану пришлось отправиться в ссылку вместе с семьей. Он больше не мог искать Миирну и лишь надеялся, что она в безопасности и сможет пережить все свалившиеся на Светлое Царство несчастья самостоятельно.

Настоящее время

На пике Сутт не было ни души. Аисъо обошел весь цех и исследовал несколько шахт по добыче асура, но так и не нашел рабочих. На дороге он тоже никого не встретил. Наверное, они успели спуститься с горы еще до эвакуации. Или их постигла незавидная судьба воден и горенов? Наместнику не хотелось в это верить. В любом случае разыскивать их было некогда.

Стоя на вершине Сутт, он некоторое время печально глядел на соседние пики.

Вот уже несколько дней его мучил вопрос: если бы он отказался от Триаты десять лет назад, то смог бы спасти детей от Велле? Возможно, он был бы дома, а не уехал вершить революцию. Возможно, нет. Он увез бы детей в путешествие сюда, в Небесные Пределы – Ато всегда мечтал об этом. Возможно, нет. Скорее всего, нет. Скорее всего, без Триаты он и сам поддался бы действию отравы и начал убивать горожан. А против Велле он бы вообще ничего не смог сделать.

Все это лишь бесполезные рассуждения. Даже полети он тогда в Иолим вместо того, чтобы пережидать потоп на дереве, не факт, что он бы повлиял на ход событий. Его попросту могло не быть дома в момент нападения – он, как Лусъя, бегал бы по городу, собирая живых и испепеляя мертвых.

И возвращаясь к вопросу о Триате: как он мог отказаться? У него было слишком много претензий к существовавшим тогда законам и власти. И лично для него основными являлись следующие три: брак, армия, торговля. Именно в таком порядке они пришли в его жизнь.

Когда родители настояли на браке с Найатой, ему было всего шестнадцать кварт. Он грезил о военной карьере и мало интересовался хозяйством и семейным делом. За Найатой бегало множество парней, но ее родители не воспринимали их всерьез. Ее брак с Аисъо ознаменовал слияние двух самых крупных купеческих родов Иолима. Старшие обо всем договорились, а дети подчинились, решив, что раз все так делают, то и они не будут отступать от традиций.