Книга Благословения и проклятия Чуждого Края. Том 1, страница 158 – Адени Сова

— Нас поженили родители, когда нам было по шестнадцать кварт. С тех пор мы не испытывали друг к другу ничего, кроме раздражения.

Инъо пораженно спросил:

— Правда?

— Мне жаль, что она погибла, – вздохнул наместник. – Но если бы этого не произошло, мы развелись бы в ближайшее время.

— О? – Инъо ненадолго задумался. Его лицо приняло несколько растерянное выражение. Он неуверенно сказал: – Но у вас двое детей. Как вы?.. – Инъо осекся. Снова неуместные вопросы! Когда же он научится сдерживать свой непослушный язык?

Однако ему не терпелось узнать. Допустим, одного ребенка они зачали случайно, но двоих? Или взаимная неприязнь не мешала супругам заниматься любовью? От этих мыслей у него снова разболелась голова, но допрашивать наместника дальше казалось верхом неприличия. Инъо виновато уставился себе под ноги.

— В соответствии с брачным договором Найата должна была родить минимум двоих детей, чтобы мы могли получить управление компанией ее отца, – объяснил Аисъо.

Теперь Инъо все понял. Многие женатые пары заводили потомство именно из-за таких договоров. Вступая в брак очень молодыми, они не имели особого желания взваливать на себя заботу о детях, поэтому их родители вписывали в соглашение подобные пункты. Политика архимона такой подход поощряла из-за длящегося годами демографического кризиса.

— Я рад, что так вышло, – продолжал Аисъо. – Даже не думал, что так полюблю детей. Но, вероятно, если бы не договор, мы бы никогда этого не сделали.

Инъо пытался поставить себя на место Аисъо, потерявшего нелюбимую жену. Были среди велленов адепты, которые дразнили его больше других, с которыми он мечтал никогда не встречаться. Но смерти он им никогда не желал.

Вскоре они добрались до границы с Бледным Полем. Им начали встречаться островки белесой травы. Деревья-гиганты попадались все реже, а затем и вовсе остались позади.

Внезапно Нё обогнал их, преградив путь. Похлопав двумя белесыми глазами, в то время как третий пристально наблюдал за демонами, он начал рычать и кряхтеть.

— Что он говорит? – спросил наместник.

— Хочет идти с нами. Говорит, нужно освободить маму из рабства.

Аисъо окинул дерево скептическим взглядом.

— Маму?

— Да, он говорит, что маму похитили злые демоны, и хочет идти ее спасать. А мы не злые – у нас печенье.

Кажется, печенье привлекало Нё не меньше, чем перспектива спасти маму. А может быть, даже больше.

Аисъо сказал:

— Злые демоны могут убить тебя в процессе, Нё.

Как и многие местные монстры, Нё понимал язык демонов, просто не умел говорить на нем. Слова Аисъо его не убедили. Он настойчиво не давал демонам пройти, пока они не согласятся взять его с собой.

— Это может быть ловушкой, – заметил Аисъо.

— Может быть, – согласился Инъо. – Но, кажется, он слишком глупый, даже глупее меня. Хотя… Иногда я притворяюсь, что глупее, чем есть. Может, он тоже так умеет? Ой! – спохватился веллен, смущенно прикрывая рот рукой. – Только не говори никому!

В который раз за этот день Инъо заставил наместника улыбнуться.

— Я подозревал что-то такое. Зачем ты притворяешься глупым?

— Так вышло. В детстве меня все считали очень тупым. Я и правда медленно соображаю. В какой-то момент я понял, что все время делать вид, что я ничего не понимаю, на самом деле удобно. Дает время подумать.