Книга Благословения и проклятия Чуждого Края. Том 1, страница 154 – Адени Сова

— Почему они не нападают? – спросила Таала.

— Зачем? Вокруг и так полно еды, – сказал Лъо, наблюдая, как ее кровь, светясь, исчезает на его ладони. – Кстати, не то чтобы мне понадобится эта информация, ведь я собираюсь выиграть, но просто из любопытства спрошу: а как тебя, собственно, зовут?

Таала вся вспыхнула от ярости. Мон мог поклясться, что ее щеки зарумянились. Он невинно хлопал глазами, делая вид, что ничего не заметил, про себя же посмеивался над ее эмоциональностью. Но когда она, уронив копье, замахнулась на него мечом, он скорее побежал к водосточной трубе, твердя, что она не может его убить, иначе дворец останется огромным гнездом жутких монстров. Птенцы с гоготом побежали за ним.

Таала гневно смотрела ему вслед.

— Чтоб они тебя сожрали! – крикнула она, а затем зашипела, поднимая копье: – Когда догоню тебя, не поведу в Особое ведомство, а убью лично. Все равно после всего, что здесь произошло, твоя смерть никого не впечатлит. Скажу, что тебя съела одна из птиц.

— Это против правил, дорогая.

— Ничего не против, – пробурчала Таала. Идя за ним, она немного успокоилась, поняв, что он специально ее провоцирует и нет смысла так бурно реагировать. Но от этого ее раздражение не уменьшилось.

Пока они обсуждали условия спора, совсем стемнело.

У водосточной трубы Таала попыталась отогнать птенцов, размахивала копьем, но твари только ужасающе синхронно хлопали глазами и покрикивали так, что хотелось оглохнуть, лишь бы не слышать их.

— Так, ну-ка отойди, – сказал мон птенцу, мешавшему приблизиться к трубе.

Тот щелкнул клювом, выронил еду, издал разочарованный вопль, заставивший Лъо отпрянуть, и вновь подхватил пищу с земли. Мон замахал на него руками со словами:

— Ну же, отойди, скотина неотесанная!

Птенец не понимал, и пришлось ногой отодвинуть его с дороги. Забавно покачиваясь, он сделал несколько неуклюжих шагов вбок, пристально глядя на демона. Как только мон прошел мимо, птенец двинулся за ним, отрезав от него Таалу. Остальные, заметив, что Лъо куда-то идет, поспешили следом.

Когда один из птенцов второпях чуть не сбил ее с ног, Таала поняла, что произошло.

— Высочество, у тебя дети есть? – Она с трудом сдерживала ядовитый смех.

— Ты же знаешь, что нет.

— Теперь есть. Трое. Как ты их назовешь?

Обернувшись, Лъо встретился взглядом с двумя парами мутно-желтых глаз одного из птенцов. Тот преданно смотрел на него снизу вверх и урчал, на этот раз не роняя еду.

— Вы что удумали? – возмущенно воскликнул Лъо. Наконец и он догадался, что монстры следуют за ним, приняв за родителя, ведь он был первым, кого они увидели при рождении. – Э-э-э, нет! Я не ваша мама! Валите отсюда, иначе уменьшу вас вместе с дворцом!

Птенцы снова закричали, снова уронили еду, снова начали ее искать. Казалось, жизнь их ничему не научила.

Таале сделалось невероятно весело. Она засмеялась и уже не могла остановиться.

— Мне не нужны такие тупые дети! – в ужасе закричал Лъо. – Что ты ржешь, соглядательница?

Но Таала так смеялась, что даже не могла ответить.

— Ты зря радуешься, – заметил мон, сдерживая улыбку. Он ни разу не видел, чтобы Таала смеялась так весело и заразительно. – Я их выдрессирую и натравлю на тебя.

— Ну да, конечно! – сказала Таала, давясь смехом и утирая слезы. – Кстати, может, пока они не оперились, они не бессмертны? – Она занесла меч над одним из птенцов.