Книга Благословения и проклятия Чуждого Края. Том 1, страница 144 – Адени Сова

Глядя, как он с аппетитом поедает рагу, Таала не выдержала и с отвращением спросила:

— И какой ты после этого мон, раз можешь есть в такой обстановке?

Самой ей одна мысль о еде казалась омерзительной.

Лъо рассмеялся.

— Видишь? Вот доказательство, что я не мон.

— Кстати, почему ты стал нормально разговаривать? – спросила Таала.

Лъо на мгновение прекратил жевать, будто и сам только сейчас заметил, что в его речи что-то изменилось.

— Не понимаю, о чем ты. – Он продолжил трапезу.

Таала посмотрела на него, как на сумасшедшего, и отвернулась. Мало того что он сделался невероятно привлекательным, так его стало приятно слушать. Какие еще сюрпризы принесет общение с ним?

Лъо съел половину миски, а остатки предложил спутнице.

— У меня еще есть, – отказалась Таала, не глядя на него. – Инъо дал мне две порции.

— Так это он приготовил? – воскликнул Лъо, возвращаясь к еде. – Вот кому-то с ним повезет!

— Да уж, повезет. Если Инъо еще жив.

— Надеюсь, что жив. Тогда он еще что-нибудь приготовит, когда мы встретимся. А если очень постараться, можно выпросить у него печенье, которое он прячет по карманам и которым ни с кем не делится. Интересно, с Аисъо он поделится, если что? Конечно, поделится, на наместника его скупость не распространяется. Он такой забавный! Но мне он нравится. Вообще мне мало кто нравится, но он ничего. – Так он болтал, пытаясь вытянуть себя из сонного и подавленного состояния, в которое его вводила темная энергия.

До вечера Лъо и Таала бродили по долине, пока не наткнулись на странное белокаменное здание.

Здесь почти ничего не росло, потому иолимцы звали это место пустыней. И здесь обитали монстры.

Ветер носил черный песок вокруг редких ираатов, деревьев-великанов, пустивших корни столь давно и глубоко, что их не беспокоила неплодородность местных почв. Гиганты тянули голые ветви к небесам и кидали на землю устрашающие тени. И хотя большинство из них давно лишилось листвы, они все еще цеплялись за жизнь, гоня по стволам остатки жизненных соков.

— Я только сейчас понял, – сказал Инъо, глядя на одно из деревьев, – что мой посох создан из ираата.

Аисъо дотронулся до гладкой поверхности артефакта.

— И правда. Интересно. Я думал, они не так уж хорошо проводят духовные силы.

— Так и есть. Учитель их терпеть не мог. У меня в детстве была веточка ираата. – Веллен мечтательно улыбнулся. – Сестра подарила. Она так вкусно пахла! Иногда, когда я спал, на ней вырастали листья, такие черные и маленькие совсем. Я посадил ее в горшок. Она хорошо росла. Но потом мы с учителем надолго уехали из Иолима, и она зачахла. Кто-то ее выкинул, пока меня не было. Так жалко было.

— Видимо, тебе ираат подходит, – заметил Аисъо.

Инъо кивнул, с гордостью глядя на посох. Он ощущал с ним приятное единение, будто они созданы друг для друга.

Ирааты росли только в Черных Песках. Считалось, что каждое дерево принадлежит клану монстров и подходить к ним слишком близко опасно. Однако смола и сок древних растений издавна использовались демонами в качестве яда и лекарства соответственно, и особые смельчаки зарабатывали огромные деньги на сборе и продаже этих ценных веществ.

По подсчетам Аисъо, до наступления сумерек оставалась еще пара часов, однако здесь уже было темно, словно ночью. Солнечный свет всегда обходил пустыню стороной за счет создаваемого монстрами барьера, а теперь небо и вовсе заволокло тучами.