Книга Благословения и проклятия Чуждого Края. Том 1, страница 128 – Адени Сова

— Болотник бросил ее сюда, – объяснил он, словно искал оправдания своим действиям.

— Как она выглядит? – спросил Инъо.

Лъо растерянно посмотрел на него – он не сразу заметил веллена.

— Ростом мне до плеча, стройная, волосы длинные, серебристые, лицо красивое, но вечно недовольное… – Он осекся и закусил губу, затем добавил: – В последнее время она больше похожа на алмаз. Вот такого размера. – Эти слова он прошептал, будто уже потерял надежду найти Миирну, и показал на пальцах примерный размер.

— Хорошо, мы поищем ее вместе с тобой, – пообещал Аисъо.

— Правда? – прошептал Лъо. Его губы задрожали, будто он вот-вот разрыдается.

Он совсем не походил на себя прежнего. Он не только потерял контроль над своими эмоциями, но и ощущал их в разы острее, чем обычно. А обещание наместника так сильно взволновало его, что мон обнял Аисъо, утирая слезы о его ворот.

Последний обменялся с Инъо полными недоумения взглядами. Если бы веллен чувствовал себя чуточку лучше, он бы, вероятно, посмеялся над моном. Но теперь он только глубоко вздохнул, поднялся, опираясь на посох, и подошел к Лъо, чтобы оторвать его от наместника.

— Ну ладно, ладно, не плачь, – сказал он, похлопывая его по спине. – Не будем терять времени. Идем уже искать твою алмазную племянницу.

Таала наблюдала эту сцену с таким выражением лица, будто ее снова заставили выпить тот отвар, вонявший болотниками. Искренность Лъо пугала и казалась наигранной. Не верилось, что этот наглый эгоистичный грубиян мог забыть обо всем на свете ради какой-то племянницы. Все это время Таалу не оставляло подозрение, что он выдумал историю с проклятием, чтобы навредить наместнику или пробраться к Алайе и навредить ей. Она вообще считала, что он, как и все представители его сословия, не способен на какие-либо чувства, особенно на бескорыстные.

Когда все разбрелись, раздвигая траву и мох в надежде уловить отражающийся в гранях алмаза свет, она тоже начала ходить вокруг деревьев и делать вид, что ищет пропажу. Но в основном она смотрела не на землю. Гораздо чаще взгляд падал на ползавшего по ней мона, такого жалкого и несчастного.

Так они обошли довольно большую площадь. Инъо даже пытался спросить у Леса, не видал ли он алмаза, но в ответ получил только головную боль и вибрации посоха, значения которых не смог разобрать.

А затем он уловил странный, чужой для Леса шум: к ним летели какие-то большие крылатые создания.

— Кто-то приближается! – предупредил Инъо.

— Все сюда! – на всякий случай скомандовал Аисъо.

Лъо не услышал его и продолжал ползать по траве. Заметив это, проходившая неподалеку Таала схватила его за ворот и потащила к наместнику. Лъо возмущенно закричал, но не успел вырваться – путь им преградила необычайно громадная птица.

Тень накрыла поляну. Послышался треск ломающихся деревьев. Птица размером с двухэтажный дом опускалась к земле, вытягивая длинную шею и сверкая хищным взглядом четырех глаз. Ее серые перья вздыбились, словно у готовящегося к драке петуха.

Твари хватило одного взмаха мощным крылом, чтобы повалить Таалу и Лъо на землю, после чего она попыталась ударить их гибким хвостом.

Таала заблокировала удар мечом мона.

Обвив вокруг лезвия хвост, птица попыталась вырвать его у нее из рук. Таала повисла на эфесе, не желая отдавать оружие какой-то пернатой твари. Но монстр оказался не только злобным, но упрямым и сообразительным. Он взмахнул крыльями и начал подниматься в воздух.