Книга Король. Эпоха перемен, страница 70 – Евгений Юллем

— Удивительно, что остальное не отобрал! — обиженно сказал я.

— Потому что остальное — в интересах Короны, а вот твои прогулки по степи да сельве являются развлечением.

— Ну кому как.

— Так что я тебя предупредил. И нет, обходить как-то запрет я не буду. Хотя он довольно мягкий.

— Тем, что запрещают оказывать помощь?

— Тем, что это распространяется только на официальных лиц. То есть солдат, деньги из казны и прочее от королевства ты не получишь. Но никто тебе не мешает делать это на свои и не объявлять о своих же планах на городской площади. У тебя свои деньги, свои корабли, свои люди — да все свое. Единственное, чтобы это не сочли дезертирством.

— Да, Осий может.

— Вот и думай! — он тронул фургон с места. — А сейчас мы возвращаемся на Тарисо. И на этом пока успокаиваемся.

— Ладно, — пробурчал я.

— Папа, лови! — Элька кинула мне кольцо, которое я тут же поймал в воздухе и надел на палку.

Ага, серсо, а что же еще? Я решил, что не стоит раньше времени просвещать местное общество и тащить его за уши на более высокую ступень развития. Так что для резиновых мячей и всех остальных прелестей вроде фрисби время еще не пришло. Вон, пусть рыбу-шар вместо мяча используют.

— Ну и как тебе жизнь колониального плантатора? — это уже подошла Фили, одетая в закрытый купальный костюм века так позапрошлого, нашего, естественно.

Моду нашего века внедрить в средневековье, пусть здесь оно и просвещенное задача не из легких. Точнее, невыполнимая в принципе. Здесь если даже подол до колена — все, проститутка. А уж выше — полностью падшая женщина. Камнями не побьют, тут не Айзан, но откажут везде.

Максимум, что тут удалось внедрить без риска для жизни — солнечные очки. Это было поветрие, на котором, впрочем, я хорошо заработал. Просто надо было выбить из Осия патент с исключительным правом и время от времени силами уже Ария и прочих Стражей вешать конкурентов, его нарушающих. Или просто конфисковывать мастерские и артели.

Ну, правда еще удалось внедрить фасоны шляп, которые более-менее соответствовали эпохе. И на это я взял патент, но стал продавать его шляпникам. Особенно народу полюбились кепки и звиздюковки, то есть бейсболки. Рекламный ход — Его Величество вышел в такой шляпе в народ, а Арий — под мое тайное хихиканье, уж больно ему подходило сленговое название — в бейсболке. Я же боролся с искушением написать там «Сделаем Лундию снова великой». Проблема была в том, что она никогда великой-то и не была.

— Как-как, — ответил я, выхватывая из воздуха очередное кольцо. — Скучно!

— Так нечестно! — завопила Элька, когда я чуть-чуть подправил полет кольца, летевшего мимо. — Мама, он жульничает!

— А ты ябеда, ыыы! — я высунул язык и показал его ей.

— Я так не играю! — насупилась Элька, бросила деревянный меч на траву и, развернувшись и изображая спиной вселенское презрение, пошла к дому, мучать Друга.

Псина, в отличие от людишек, нажравшись, дремала на крыльце. У него было все хорошо.

— Я вижу, что скучно, — вздохнула она. — Все не можешь простить себе того провала?

— Да, — честно признался я. — Не могу. И пока я не отомщу, не успокоюсь.

— Я знаю, — опять вздохнула она. — Жаль. В кои веки собрались все вместе дома, а ты как тот волк из твоей поговорки.

— Ага. Сколько его не корми, а у ишака все равно длиннее!