Книга Тартуга. Обратно в Хелл, страница 183 – Максим Антипин

Пусть битва и длилась недолго, но уже горы трупов вперемешку с ранеными вырастали повсюду. Стонущие, окровавленные холмики молили о помощи на многочисленных наречиях. Молодые юноши просили высшие силы помочь им выбраться из мясорубки. Боги, к великому сожалению, остались глухи к молитвам.

Альбокорийцы тоже несли потери. В некоторых местах горцы прорвали ряды пограничников, зайдя им в тыл. Зажатые с двух сторон солдаты быстро выдыхались, падали под удами холодной, омытой кровью, стали. И когда свет мерк в их глазах, а сердце вот-вот переставало биться, отчаянные защитники пытались забрать с собой хоть еще немного врагов. Стреляли в упор. Хватали и били головы неприятеля о надгробия, перемещая содержимое черепной коробки на окружающие предметы. Сдаваться нет смысла. Пощады не жди. Кровавый финал близок.

Ца-пу сумел собрать около тысячи фанатиков в единый кулак. Среди фонтанирующих оторванных конечностей, ржание лошадей да криков людей. Кулак, что обрушит на коварных противников, размазав их по земле.

Ведя под узду своего скакуна, всего в мыле, он, подавая личный пример, взбирался на груду павших. Передним чуть меньше трех сотен альбокорийцев, пушки да телеги. За ним храбрые чкеры, готовые идти до конца. Их сабли голодны до крови, так утолим жажду!

Наверное, в каждом сражении, каждой битве, есть мгновение, затишье, перед самой большой бурей. Широкоплечий Ца-пу смотрел на Ай-лис. Естественно, лица он не видел с такого расстояния, но силуэт различил четко. Пора закончить, поэтому начнем. Отпустил уздечку коня, Ца-пу пропустил его вперед, а после хлопнул по крупу. Сильно, звонко. Животное заржало, пустилось галопом, резво спускаясь с рукотворной мясной возвышенности. Рядом стоящие проделали те же манипуляции. Пропуская новых ряды, спускали взбешённых четвероногих друзей прямиком на редут.

Приговоренные стреляли из ружей. Кони падали. Основную массу, все же, остановить им не получилось. Следом, строем, подняв вверх клинки, следовали горцы.

— Пли! – Лейтенант махнула жезлом, следом заговорили пушки. Стоило дыму рассеяться, Ай-лис узрела критичность ситуации. Хоть первые из наступающих пали, следом идущие на смерть заполонили пространство, грозя живой лавиной снести укрепления.

— Обнажить штыки, в атаку! В бой! В бой, ребята! – Приговорённые бросились в рукопашную. Канонирам велела взять бочки с манной, пробить днище и ринуться в самую гущу. Чудо она не ждала. Пришло время выкинуть главный козырь. Припасенный.

Спустившись с ящиков, также взяв бочонок, манной посыпала редут. Осознавая всю тяжесть скорого поступка, девушка глотала горький комок, стоящий в горле, периодически утирая выступившие слезы. Выпотрошив весь запас, взяла фитиль и немного отошла назад.

Перед ней кипела ожесточённая схватка между теми, кто хотел вырваться из смертельной ловушки, и теми, кто ее усиленно пытался удержать. В канавах, предназначенных для отвода воды, в данный момент наполненных кровью, руководитель сегодняшней бойни заранее заложила взрывчатку. Пограничники, все как один, злостные преступники в прошлом, в данный момент искупали прошлые злодеяния ценой своей жизни. Прошептав короткую молитву, она швырнула разожжённый фитиль на потрепанные доски редута, что славно послужил этой ночью. Огонь мигом вспыхнул, пожирая все вокруг. Жаркая волна молниеносно пошла между сражающими, обжигая пламенем, душа едким дымом. Пламя продвигалось быстро и вскоре достигло злополучных канав. Последовала череда взрывов, вначале глухих, так как волну и звук гасили мертвые тела, но потом все четче, сильнее, громче. Огненная волна с летящими осколками накрыла потрепанное войско фанатиков на всем его протяжении. Сотни душ в секунду отправились на небеса. Тысячи стали изуродованы.