Книга Тартуга. Обратно в Хелл, страница 154 – Максим Антипин

Авантюристка и магическая такса неразлучны, везде и всюду путешествовали парой. С момента, как Лори попала к Трону с Принцессой, периоды краткой разлуки можно пересчитать по пальцам. Абордажница и ее "хвостик". Чудный, эффективный дуэт.

Дуэт. Как много значит данное слово, если жизнь свела нужных людей. Подруги молчали, слушая хор Хромоногого Бога. Покровителя жизни и удачи. Бога, учившего жить и радоваться каждому дню. Вопреки невзгодам и страданьям. Хористы представляли собой разношерстную толпу калек разного пола, возраста и травм. Несмотря на свои физические и моральные недуги их лица светились счастьем. Одеянием служили темные балахоны, надетые прямо на голое тело. Их сшивали из отбросных крыс. Эти создания могли вымахать до размера крупной нутрии. Питаясь при этом отходами, помоями и тому подобной вкуснятиной. Вольный архипелаг им не был домом, они прибыли сюда с колонизаторами, спустившись с кораблей, начали кошмарить местную флору и фауну. Не дурно наедали бока, прибавляя в размере, активно размножаясь, не имея естественных врагов.

Жрец с послушниками убивали их сотнями. Используя каждую часть тела. Мясо шло на гуляш и котлеты, кишки с кровью порождали вкуснейшую колбасу, а из костей делали украшения, которыми торговали в лавке при храме. Шкуры использовали не только для пошива одежды. Постельное белье, коврики, занавески. Даже фекалиям нашли применения. Сначала их кипятили, удаляя запах. После полученное варево смешивали в определённой пропорции с рисовым отваром, гашеной известью и песком. Получали клейкую субстанцию. Ею они обмазывали свой храм. Высыхая, смесь становилась крепче гранита. Алтарь, пол, стены. Все это отходы крысиной жизнедеятельности, в свое время нанесенные на каркас из прутиков. Такие дела, парни, такие дела. Поверьте, это лишь верхушка айсберга в повседневной жизни обителей храма, которые использовали любую возможность, дабы жить более или менее достойно. Жрец умел крутиться в этом мире.

Жрец. Мужчина, разменявший пятый десяток, покрывал редкий седой волосяной покров капюшоном. Лик, словно перепеченное яблоко, избороздили глубокие морщины. Голубые глаза, словно два озера среди пустыни, светились жизнью. Уголки его рта сильно опущены, хотя за тонкими губами скрывался ряд крепких, отдававших желтизной, зубов. Между верхними резцами находилась широкая щербинка, по которой духовный глава часто елозил языком. Еще он любил причмокивать, ведя праздные беседы. Однако данное не самое чудное в облике этого человека.

Отличительной его особенностью являлись верхние конечности. Лишённые кистей, они то поднимались, то опускались, управляя хором. Певцы слушались беспрекословно. Движения предплечий, выглядящие, как клешни краба, только без панциря и костлявые, покрытые грубыми шрамами, задавали нужный ритм. Певчие воспевали обожаемого Хромоногого Бога, стараясь показать ему всю свою преданность. Покорность. Веру. Взгляды, смотрящие далеко за куполом святой обители. Взгляды, направленные ввысь.

Поднимаясь все выше и выше, моряк любовался видами. Под ним, словно голова осьминога, раскинулся городок Вольного архипелага: Хелл. Его "щупальца" – дороги, обхватывали остров, вгрызаясь в лес. Присосками служили домики, расположенные у них по бокам. Хлипкий частокол отделял город от основных джунглей. Моллюск в импровизированном жилище. Именно так выглядела одна из баз пиратов Калакеанского бассейна.