Книга Нож для бумаг, страница 36 – Алексей Кукушкин

Адмирал Сеймур, корабли которого уже успели дать пару залпов и обрушили на маяк тридцать шесть 10-дюймовых снарядов, десять 9-дюймовых, восемь 8-дюймовых. Корабли английской эскадры заволокло дымом, но и с каменного мыса мелкие и крупные крошки летели во все стороны, и противник смог дать лишь один залп, чертовски удачно. Сам адмирал, видя два черных шара с “Пенелопы” означающие – машины застопорены, смачно выругался и велел приказать этому безмозглому фрегату, который он специально пустил вперед, поучить его уму разуму продолжить путь под парусами.

Второй залп египетской батареи у маяка, произведенный в 9.35 состоял уже из двух орудий, как в направлении северного отряда английских кораблей, так и южного. Полковник Максимов, мельком взглянул на полностью развороченное орудие капитана Петрова двойным попаданием английских снарядов. Островитяне тоже, недаром, харчи поедали на своих кораблях, – подумал русский полковник, пожалел он не столько души убиенных воинов, в конце концов, они попадут мир Прави^[32], но, о том, что теперь наносить урон противнику будут не три орудия, а всего два. И Максимов наблюдал за полетами снарядов орудий своей крепостной, северной полубатареи. Расчет поручика Сидорова, ближе всего находившегося к разбитому орудию, видимо поторопился. И попал в белый свет как в копеечку^[33], но орудие поручика Иванова просто снесло первую дымовую трубу Common^[34] снарядом, который удачно разорвался, изрешетил всю палубу крупными осколками, убив офицера, пятерых матросов, порвав стоячий такелаж, пара осколков пошла вниз в котельное отделение, возник пожар на палубе. Дым повалил прямо из корпуса, но самое страшное, что черный смог стал распространяться в орудийную батарею и расчеты орудий не могли дышать, стали кашлять и задыхаться, броненосец “Султан” огонь практически прекратил.

Полубатарея капитана Таубе тщательно целилась по броненосному фрегату “Пенелопа”. Капитан лично пробежал от одного орудия до другого и проверил наводку, после чего скомандовал – “Залп!” И внимание к деталям, близкая дистанция и собственноручная наводка, сделали свое дело, оба снаряда попали в наглый корабль противника. Осколочно-фугасный снаряд поручика Шульца поразил английский бронированный фрегат в броневую плиту на уровне ватерлинии, под фок-мачту, пробил 6-дюймовый бронепояс, и 16-дюймовую тиковую подкладку, и своим взрывом вызвал течь, спешно заделываемую аварийной партией британского корабля, а второй бронебойный снаряд системы Палисера, который выпустил сам капитан Таубе, был поистине “золотым”. Снаряд влетел в кормовой орудийный порт батареи. Своей кинетической энергией изуродовал 8-дюймовое орудие вместе с расчетом, врезался в кормовой броневой траверз каземата и уже плашмя полетел к противоположной стене каземата и там взорвался, разбив еще два орудия, воспламенив заряды в батарее. Их там было несколько десятков, противоположный борт броненосного фрегата запылал. У корабля не осталось никакой возможности поставить паруса и его стало сносить течением к берегу, где уже улюлюкала толпа мамелюков с саблями и ружьями, намереваясь вырезать весь экипаж английского броненосца, а головы приторочить к седлам. Капитан броненосца – коммодор Пейдж видя, что сунулись в пасть медведя послал расчеты к носовым и кормовым 5-дюймовым орудиям чтобы они разрядили шрапнельными^[35] снарядами вооруженную толпу на берегу, а также приказал раздать экипажу оружие: палаши и винтовки. Лайми^[36] решили дорого продать свою жизнь.