Книга Нож для бумаг, страница 32 – Алексей Кукушкин

Очередное попадание снаряда в центр надводного корпуса между грот-мачтой и бизань-мачтой вернуло адмирала Сеймура от размышлений о стратегии к тактике. Прошло уже два часа яростной пальбы и канонады, как со стороны британских кораблей, так и со стороны египетских береговых батарей. И за это время, удалось вывести из боя и перемешать с песком да камнем и еще Бог знает чем, батареи: Марса, Аджеми и Марабоут, а форт Мекс, который продемонстрировал дьявольскую точность в попаданиях по флагманскому броненосцу весь в клубах дыма и пожарищ, но иногда, то одно орудие, то другое продолжает вести огонь. К этой батарее по сведениям разведки подходит железнодорожная ветка, и это позволяет египтянам подвозить орудия, людей и новые снаряды.

Адмиралу Бигему Сеймуру не нравилось, что британские броненосцы медленно продвигаются по направлению к гавани Александрии, способной одномоментной принять огромное количество кораблей. Но лучше действовать наверняка, и не подставляться, как под новые египетские орудия, так и под старые бронзовые пушки. Которые проектировались под стрельбу вихревыми кольцами^[26]. Но, из-за изменения природных условий, а также по причине применения на кораблях противников стали и брони, а не дерева были переделаны для стрельбы каменными, чугунными и стальными ядрами. С ядрами как знал Сеймур ситуация не менее интересна чем с пушками. Первоначально, они применялись для раздробления горной породы до состояния порошка. Были большие цилиндры, которые вращались от двигателей Стирлинга, а внутри были ядра! Туда загружалась горная порода. При этом было условие, что ядра должны быть прочнее горной породы. Диаметр ядер унифицировать было ни к чему. И в данный момент, египтяне, разобрав свои установки по перемешиванию ингредиентов пороха, которые они перевезли из Сахары, заваленной песком при очередном катаклизме, или получили из далекой Московии по морю. В лихорадочном режиме работы перемеряли диаметр шаров, и определяли, какая пушка каким снарядом может выстрелить.

Фото 34 – Британские корабли ведут огонь по Александрии. На первом плане броненосцы «Султан» и «Александра» (иллюстрация к итальянскому журналу. 1882 г.)

В форте Мекс осталось всего два орудия, и адмирал Сеймур решил продвигаться дальше, и рядом стоял принц Арисугава:

— Вам нравиться принц происходящее? Огонь, дым, чувство нашей скорой победы.

— Я, конечно, поражен происходящим, но более впечатляюща была бы высадка двух тысяч Ваших моряков на побережье этой многострадальной страны и рукопашная схватка с гарнизоном противника.

— Дилетант, – подумал Сеймур.

— Нам, – позвольте употреблять это слово, раз находимся на одном корабле, – страшно повезло, что египтяне не использовали триста мин заграждения, и все благодаря тому, что Ваша разведка смогла уничтожить всех пять опытных минеров Ораби-паши, – продолжил разговор принц.

— Да уж, – мечтательно вспомнил Сеймур тех разведчиков, которых ему представили после задания, и которым он собственноручно вручил по мешочку с золотом из казны эскадры, размещенной на флагманском броненосце “Инвинсибл”.

— А, что это за клипера на отдалении десять кабельтовых от нас? – поинтересовался принц.

— Да это русские, – махнул рукой Сеймур, – пароход “Азия” и клипер “Забияка”, вынюхивают и выглядывают, их послал русский генерал-адмирал Алексей Александрович, или управляющий морским министерством Шестаков, в случае если великий князь ведет богемную жизнь в Париже. – Мы им сейчас сделать ничего не можем, их очередь наступит чуть позже, – задумчиво сказал Сеймур, не переставая рассматривать происходящую в настоящий момент ожесточенную баталию.