Книга Во главе закона, страница 254 – Лия Арден

От четвёртого удара изнутри воздух вокруг завибрировал, Мелита ахнула, ощутив странное и неприятное покалывание. Воздух наэлектризовался и бил по коже мелкими разрядами. Пандея ойкнула и схватилась за плечи, похоже, чувствуя то же самое. Кассия тоже попыталась стряхнуть эти ощущения, пока Сирша старательно ногтями цеплялась за разломы, буквально руками выцарапывая куски пейзажа, вынуждая Переправу раскрыть проход.

— Там Танатос! Помогите! – закричала Сирша.

— Откуда эти ощущения? – спросил Гелион.

— Это Переправа, ей больно. Они буквально проламывают в ней ход, – хрипло пояснил Гипнос. Попытка встать не увенчалась успехом, его сильно качнуло, и он опять упал, держась за сердце. Морос тут же оказался рядом с братом. – Я… просто… чувствую, что ей… больно… – Теперь он захлёбывался вдохами.

— Нужно закончить быстрее, и всё пройдёт! – закричала Сирша, Кай подхватил оброненный ею топор и нанёс сильный удар, откалывая массивный кусок.

И где-то с той стороны появилась фигура.

В ушах Мелиты ветер взвыл, напоминая болезненный стон, ему вторил приглушённый крик Гипноса. Веста припала к земле, пытаясь утихомирить Переправу. Сердце в груди Литы испуганно колотилось, земля под коленями и руками шла ходуном.

Боль.

Переправе больно.

Тяжело дыша и не представляя, что она вообще собирается сделать, Мелита инстинктивно зарылась пальцами в землю. Искать нить боли не пришлось – та буквально оглушила до звона в ушах, когда Мелита взяла часть на себя. Сцепив зубы, она подавила крик, чувствуя, будто кто-то пытается проделать дыру у неё в голове. Несмертельную, но невыносимо болезненную, словно ей решили сделать трепанацию черепа без наркоза.

Землю перестало трясти, но каждый удар по арке отдавался в Мелите, как пинок в живот, и всё же она держалась, скрючившись на траве среди маковых цветов, она захлёбывалась слезами, но не вытаскивала пальцы, не отпускала нить.

— Это она. Мелита снижает боль! – Кажется, кто-то кричал, но Лита едва слышала, зато ощутила ободряющие прикосновения на спине и плечах. – Ещё немного. Совсем немного!

Глаза жгло, но Мелита заметила, что Гипнос вновь мог дышать, пусть и оставался смертельно бледным. Она поймала его благодарный взгляд и, несмотря на боль в голове, вцепилась в землю крепче, удерживая Переправу стабильной. Она могла помочь. И это было важнее мучений. Она хотела помочь. Из всех способностей возможность забирать чужую боль казалась самой непрактичной и бесполезной, но только не в момент, когда страдают те, кто стал ей дорог. Те, кто дорог Элиону. Она вбирала больше и больше, стараясь забрать так много, сколько могло выдержать сердце.

Ветер стих так внезапно, что Мелита не сразу поверила, что боль исчезла. Девушка дважды вздрогнула от остаточных спазмов. Очень медленно, через силу она выпустила землю и ощупала собственную голову: никаких травм, ни дыры, ни крови, ни кусков черепа. Она с трудом села с чьей-то помощью, зрение прояснилось. Погода по-прежнему хмурилась, но уже не было слышно ни грома, ни стонов. Земля под ногами больше не дрожала, а сотворённый проход принял ровную мерцающую форму арки, за которой виднелся солнечный свет и поля, укрытые белыми асфоделусами.

Кай устало отступил, выронив топор.

С той стороны стоял мужчина в традиционной палагейской тунике и опирался на длинную рукоять кувалды. Мужчина был высок, широкоплеч и пугающе похож на Гипноса. Даже не просто похож. У них было одно лицо. Близнец, как и она с Ио. Разве что каштановые волосы Танатоса, старшего среди богов-братьев, были длиной до плеч.