Книга Во главе закона, страница 157 – Лия Арден

Тёплая ладонь на колене привела в чувство. Вега вздрогнула, вновь сосредоточив внимание на Элионе. Если он и заметил её внезапный страх, то не подал виду. Он продолжал лежать под ней и улыбаться, словно не было другого места, где он бы хотел быть. Книгу нахал засунул под голову и немного сдвинулся по дивану.

В лицо ударил жар, тело отреагировало моментально, в животе заныло, Вега задохнулась, ощутив бёдра Элиона. Даже её разум торопливо согласился с желаниями тела, превратившись в желе. Десятилетия закалки против флирта и чужой харизмы, чтобы не идти на уступки при переговорах, годы строгих рациональных мыслей, полученного опыта и выработанного хладнокровия, казалось, покинули её от одной его греховной позы, вызывающей ухмылки и взгляда из-под опущенных ресниц.

— Так вернее, если хочешь повторить сцену, которую я прочитал, – нагло заявил он.

Хвала его языку: он умел как дарить наслаждение, так и возвращать с небес на землю глупыми шутками. Вега пришла в себя от писка духовки. Она неуклюже слезла с Элиона, намеренно ткнув ему коленом в живот. Воздух рывком вышел из его лёгких, Эль демонстративно согнулся от мнимой боли, которая не удержала его от смеха.

— Десерт готов, – бросила она и торопливо направилась на кухню.

По спине не переставали бегать мурашки от тихого смеха Элиона, который продолжал успокаивающе звучать в голове. Сегодняшнее утро стало одним из худших в её жизни, но неуместное чувство юмора и наигранное легкомыслие Элиона создали ощущение, будто кошмар случился несколько дней назад.

В благодарность за помощь она сама приготовила печёные яблоки с мёдом и сушёным гранатом – в юношестве она всегда готовила их Элиону, когда он приходил к ней домой, а случалось это часто.

За едой они повспоминали прошлое, поговорили о школьных годах и даже о том, как Элион дважды применил к ней своё влияние, чтобы заставить от голода есть еду руками.

— Только попробуй повторить это сейчас, и я засуну твою голову в раковину! – пригрозила Вега, едва сдерживая смех, пока Элион хохотал. Спустя годы все воспоминания казались счастливыми.

Стоило стемнеть, и Вегу начало сильно клонить в сон от пережитого и усталости. Элион ни в чём за весь день её не упрекнул, ни за что не отругал, но стоило ей выдвинуть ящик с инъекциями, как он категорично его захлопнул, не дав ей взять шприц.

— Нет.

— Оно поможет…

— Это не лекарство, Вега. – Он не убирал руки с захлопнутого ящика, давая понять, что уступать не намерен.

Волну возмущения и желания напомнить, что он ей не брат и не начальник, чтобы запрещать, она подавила, зная, что это несправедливо. Он был добр и заботлив, но подавить страх было сложно.

— Я боюсь навредить кому-нибудь, но причинить боль тебе… я не то что не смогу себе этого простить, я не сумею это пережить. – От её ранимого признания взгляд Элиона смягчился. Она поняла, насколько панически сбилось её дыхание, а тело сковало напряжение, лишь когда Элион с силой прижал её к себе, заставив отцепиться от ящика с инъекциями.

— Я ношу перстень Танатоса, пчёлка. Навредить мне сейчас очень сложно. – Его легкомысленное отношение к себе не успокаивало, она попыталась упереться ему ладонями в грудь, но Элион не дал себя оттолкнуть. – Ты должна научиться спать. Сама. Нормальное количество часов и без препаратов. Позволь мне, просто дай тебе помочь, пчёлка.