Книга Сберечь тебя. Бессмертие для Дракона, страница 36 – Арина Рекк

— Это был маскарад!

Девочка хохочет, заглядывая мне в лицо, и какое-то время я просто любуюсь ею, невольно отмечая ее сходство с Соней.

— Вся наша жизнь — маскарад, Киа, — говорю с улыбкой, чувствую, что должен сказать, чтобы она поняла главное: — но под любой маской ты обязательно узнаешь свою пару.

— Даже если он рыжий?

— Даже если он лысый, — киваю, снова прижимая к своему плечу голову девочки. — А теперь давай спать.

— Давай, — соглашается послушно, и в голосе я слышу долгожданную улыбку, — Спокойно ночи, папа.

— Люблю тебя, милая, — тоже улыбаюсь.

Мне нравится наблюдать за смещением ее мыслей. Но еще больше я люблю ее улыбку.

Это странное ощущение, сидеть рядом за пустым обеденным столом, чувствовать его руки на своих ладонях, его взгляд, который будто хочет объять всю меня, но не имея такой возможности попеременно задерживается то на моем лице, то скользит ниже, к рукам.

Остров погружается в сумерки, и в нашей тишине непривычно растягивается то короткое время, за которое яркий день успевает перетечь в густую ночь.

Мне хочется спросить у Рина, что я сказала или сделала такого, что он замкнулся и погрузился в себя, почему его перестало интересовать все, что интересовало раньше? Будто в какой-то момент он получил ответы на все вопросы, сделал все необходимые ему выводы, и теперь решал, что делать с новым знанием. Вот только мне так быстро не разобраться. Это Рин читает меня запросто, я таким талантом не обладаю. Но зато я могу смаковать его прикосновения. Я боюсь разрушить волшебство момента, хоть и не понимаю и десятой доли происходящего с ним, и поэтому оставляю при себе все вопросы.

Вечерами, сидя рядом у камина, мы тоже больше молчали, чем говорили. Я — потому что боялась выдать себя голосом, ведь он не изменился и оставался женским, почему молчал Ринар я не знаю, наверное просто не любил пустые разговоры. Ни тогда, ни сейчас молчание не казалось натянутым. Рядом с ним вообще никогда ничего не казалось натянутым. Он как ветер. Он есть, я чувствую его, и этого достаточно. Иногда холодный, иногда колкий, чаще еле ощутимый. А сейчас он как луч яркого солнца на севере. Неожиданно. Тепло.

— Знаешь, — нарушает молчание первым, поглаживая мои пальцы, отчего все мысли сосредотачиваются на этих прикосновениях, — я ни разу не представлял себе этот разговор.

— Я тоже, — закусываю губу, пряча улыбку, и когда Ринар поднимает на меня вопросительный взгляд, поясняю: — потому что понятия не имею, о чем ты.

Ринар улыбается, но глаза его остаются серьезными.

— Но если не знаешь с чего начать, — говорю неуверенно, — может стоит отложить разговор? Если нужные слова сами не рвутся с губ, значит кто-то из нас просто не готов.

— Ты боишься?

И снова он видит меня лучше, чем я себя знаю. О страхе я не думала, но теперь отчетливо чувствую его. Боюсь открыться. Не хочу спешить. Хочу еще немного вот так, просто чувствовать его тепло.

— Не знаю, — закусываю губу. — Все слишком быстро.

— Быстро, — Ринар улыбается, но так, будто у сказанного мной есть какой-то двойной смысл. — Да уж.

— Ты не думаешь так, — утверждаю, внимательно его разглядывая в попытке все-таки научиться видеть без объяснений и лишних слов, как делает это он.

— Я обязательно все расскажу. Просто дай мне немного времени.