Книга Кукла, страница 109 – Юлия Эллисон

Лорелин попыталась усадить меня за стол, как человека, но её мачеха ТАК на неё посмотрела, что я сам тихо и мирно пристроился на коленочках и старался не отсвечивать. Главное, что отсюда эта страшная женщина меня не видит: я специально сел так, чтобы оказаться с другой стороны стула, пришлось даже Лорелин кругом обойти, чтобы так пристроиться.

Хозяйка не обращала на меня ровным счетом никакого внимания. Все же сильно её выбила из колеи эта моя дурацкая ошибка с домом и отцом. Вот если бы он меня не задержал, глядишь, и не было бы ничего такого. Но что было, то было. Приходится терпеть и ждать момента, когда можно будет все исправить. Я верю, что он наступит. Пусть не сегодня и не завтра, но вечно так продолжаться не может. Главное, чтобы не продала и не отдала никому в пользование, а значит, надо быть ей крайне полезным и до приторности идеальным.

Поднял голову, надеясь, что кормить сегодня она меня все же будут.

Лорелин

Сидя за столом рядом с мачехой, я, как обычно, чувствовала себя до безобразия неуютно. Еще и отец как всегда опоздал к ужину, зайдя почти под конец трапезы, отрезая мне пути к отступлению своим разговором. Быстро пробежалась взглядом по знакомой с детства атлетичной фигуре — он вот уже двадцать лет в угоду мачехе поддерживает свою форму на одном и том же уровне. Все те же темно-русые волосы, как у меня; орлиный разлет бровей; серые глаза — этим я тоже пошла в него; тонкая линия губ, изящный прямой нос, и аристократические пальцы, увитые драгоценными перстнями, подаренными ему мачехой.

Внешностью я явно пошла в основном не в него, а в маму. Хотя, кто знает, маму-то я если и видела, то в совсем раннем детстве, и не помню, как она выглядела. А магический слепок с неё сделать никто не додумался. Правильно, зачем тратить магию и артефакты на куклу, коей она являлась.

Я-то думала, что сейчас быстро поем, уйду отсюда, а потом свожу Алекса сразу на кухню, договорившись с кухаркой, что его будут постоянно там кормить, чтобы не таскать его на эти семейные сборища. Но нет, не вышло.

— О, Лорелин! — удивленно вскинул брови папаша, только зайдя в помещение отделанной позолотой столовой. — А ты что здесь делаешь?

Стиснула зубы в раздражении. Он каждый раз так удивляется, как будто уже пять лет никак не может запомнить, что у меня бывают каникулы в учебе!

— У меня каникулы, папа, — постаралась как можно более благодушно выдать я. Надеюсь, получилось.

— Да? Интересно! — он невзначай улыбнулся. — Какой ты там курс?

— Пятый. Учиться еще год, — мог бы и запомнить за столько лет, я же его единственный ребенок!

— Ааа… точно! — хлопнул он себя по лбу, словно все время только об этом и помнил, а тут совершенно неожиданно взял и забыл. — А жить ты где после обучения будешь?

Чуть не выпучила глаза на него. Нет, это вообще нормально? То есть вариант, что я после обучения могу приехать к собственному отцу под бок, он даже не рассматривает?

— Найду где, вас больше не стесню, не беспокойся, — с каменной рожей ответила папе.

— Да я и не волнуюсь, — отмахнулся он от меня, переключаясь на мачеху.

Некоторые слуги, которые служат у мачехи уже не один десяток лет, поговаривают, что мой отец вообще никогда не хотел детей и, встретив Мирабель, только уверился в этом решении, так как она тоже никогда не стремилась рожать спиногрызов. И то, что какая-то кукла посмела забеременеть от моего отца, стало жутким кошмаром для обоих. Сначала они пытались избавиться от меня, избивая маму до полусмерти, но хваленая регенерация кукол первого уровня все выдерживала, каким бы сильным ни было воздействие. Они морили её голодом, заставляли работать сутками, но и это не помогло. Говорят, что Мирабель подарил эту куклу сам император, поэтому просто убить её она не могла. И родилась я — очень одаренная магичка с невероятным потенциалом развития.