Книга Алсу и Человек в черном, страница 118 – Сания Шавалиева

Почувствовав её внимание, Второй в черном, поднял раздраженный взгляд. Половина его лица была скрыта черной маской, но даже этого хватило, чтобы понять, что с Костей они не похожи.

В этот момент со всех сторон на Алсу наползли красные огоньки, словно её держали на мушке сотни киллеров. Огоньки дергались, суетились, замирали, словно танцевали какой-то дикий танец смерти. Алсу хотелось себя обмануть, что ей не страшно. И в то же время, для нее было важно знать, кто они и что им надо, но она не могла выдавить из себя ни слова — просто глазела на огоньки, которые продолжали ползать по ее ошалелом лицу, рукам, груди, мечу.

А потом кто-то рассмеялся с другой стороны, уже справа от нее. Обернулась на звук, увидела еще одного в черном. Комментировать не стала, отступила на пару шагов и почувствовала за спиной преграду. И это было странно, потому что до ближайшего дерева шагов двадцать как минимум. Обернулась и увидела еще одного человека в черном.

— Сколько вас? — не выдержав, заорала она и подняла меч для удара, прекрасно понимая, что он, наверное, единственный, кого она успеет достать.

— Не, не, не трогай меня! — завизжал женский голос. Человек дернулся назад и, наступив на полу собственного плаща, упал навзничь. — Мы пошутили. По-мо-ги-те!

— Краснощекова? — не поверила своим ушам Алсу. Заговорила быстро и даже протянула руку. — С ума сошла, я же могла тебя грохнуть.

— Иди отсюда! — отползала Краснощекова задом. — Сумасшедшая! Помогите!

— Да нормально всё, — попыталась успокоить её Алсу и потом пояснила. — Зачем вы это сделали? Обидеть хотели?

— Хотели только посмеяться, напугать, — честно призналась Краснощекова. — Парфе предложил приколоться. Кто ж знал, что ты с мечом бегаешь. Дура какая-то!

— Я не дура, я воин! — уточнила Алсу.

— Чего? — фыркнула Краснощекова, убирая с щеки волосы. — Какой нафиг воин! С дуба рухнула? Вот Шеина правду говорила, что ты того… с приветом. Я не верила.

Краснощекова уже поднялась и, уставившись на Алсу, сделала вид, что ничего не произошло, но было видно, как дрожали ее руки и колени.

— А вы чего замерли? — не выдержав, спросила Алсу в темноту. — Кто смелый, выходи, сразимся.

— Во-во, сразись. — Краснощекова кружила вокруг себя, пытаясь рассмотреть результат падения, и дико раздражалась на каждое пятно на светлых джинсах. — Ну елы-палы, как щас домой идти? Джинсы совсем новые.

Костя подошёл первым, попытался обнять Алсу за плечи. Дернулась в сторону.

— Прости, мы не собирались тебя обижать.

— Отвали.

— Но блин, неужели нельзя проявить тактичность? — поджал губы Костя, сдерживая грубые слова.

Парфенов, до того молчавший, подал голос:

— Я тебе говорил — нельзя так. А ты: она тертый калач. Ничего ей не будет. В любое время начеку.

— Даже рядом с тобой? — с замершим сердцем уточнила Алсу.

— Даже рядом со мною, — серьезно ответил Костя, а потом добавил слова, которые прочно угнездились в её сознании. — Я испугался до чертиков, что потеряю тебя. Больше не хочу бояться.

Он что-то говорил еще про Краснощекову, Парфенова, про своего отца — но Алсу уже не вникала в слова. Просто слушала фоном его признания, и сердце колотилось как сумасшедшее «предатель, предатель, предатель». В отместку она замолчала на всю ночь. Её грызло чувство вины, когда она видела, как вокруг неё скачет Парфенов, как он не выносит её молчания, но у нее была цель — без скандалов дождаться утра, добраться до дома. Не решаясь на прямой разговор, Костя принялся звонить по телефону. При этом одной рукой он придерживал Краснощекову за талию, а второй — упорно пытался дозвониться до неё. Двадцать три гудка счастья — самым страшным кошмаром было не ответить.