Книга Сто мелодий из бутылки, страница 121 – Сания Шавалиева

Родителей всё-таки вызвали в школу, сходила мать, как ни удивительно, не ругалась потом. Она сказала довольно странную вещь, которую Ася поняла только спустя много лет. Мать сказала просто: «А чего не сказала, что ваш учитель татарин?» Ася пожала плечами. «Тогда бы я не пошла, и так всё понятно было. Садись за заднюю парту, чтобы эта Бородулькина не резвилась». – «Бородина, наверное?» – «Да какая разница…»

Гульназ высыпала всё из шкатулки, нашла белый тюбик. Выдавила маслянистый завиток на ладонь, стала растирать пальцами.

— …Некоторым людям осколки попадали прямо в сердце, и это было хуже всего: сердце превращалось в кусок льда. Попадались среди осколков особенно большие, да такие, что их можно было вставить в оконные рамы, но уж в эти окна не стоило смотреть на своих добрых друзей, – продолжало радио.

Ася сделала вид, что очень внимательно его слушает.

— Что вещает сие чудо? – Гульназ посмотрела на радио, пальчиками пробежалась от подбородка ко лбу.

— «Снежную королеву».

— Смешно, – улыбнулась Гульназ.

— Ничего смешного, – огрызнулась Ася. – У меня нет актёра на роль Кая…

— А как же твой Супонин? Пусть он сыграет.

— Отказывается.

— Тогда сама сыграй.

— Так у меня и так уже три роли: ворона, принцесса, король.

Гульназ перестала растирать крем и внимательно уставилась на Асю.

— Как ты собираешься их играть, если они все в одном кадре?

— Ну это… – растерялась Ася и поняла, что у неё ещё много ошибок, подводных камней. – У меня на главные роли нет актёров, а эти второстепенные вообще никому не интересны.

— Ты тогда эти роли озвучивай как автор, – подсказала Гульназ.

Отличная идея!

Ночью Гульназ разбудила Асю.

— Ась, тут мама Супонина звонит, ищет его.

— А где он? – спросонок Ася задала не очень удачный вопрос.

— Поговори с ней. – Гульназ подтащила телефон к дивану, где спала Ася. – Третий раз звонит, просит тебя разбудить.

— Э… здрасти… – затянула Ася в трубку.

— Светочка! – судорожно перебил её тревожный женский голос.

— Я не Света, я Ася.

— Асенька, душенька. – По голосу чувствовалось, что она с трудом сдерживает себя, чтобы не закричать и не расплакаться. – Ты не знаешь, где Матвей?

— Какой Матвей? – разозлилась Ася. Не, в самом деле, зачем надо будить человека среди ночи и грузить непонятными Матвеями.

— Матвей Супонин, – подсказала мама Супонина.

— Супня, что ли? – уточнила Ася и вспомнила, как звали Супню.

— Ася, не тупи, – прорычала Гульназ и попыталась забрать у неё трубку.

Трубку Ася не отдала, зато окончательно проснулась. Одной рукой она держала трубку, а второй зачем-то пыталась надеть халат и нашарить тапочки. Не очень-то это получалось. Ася дёргалась, роняла и халат, и тапочки. В итоге уронила трубку, подтянула за провод. Гульназ отобрала у Аси халат, тапочки – помогла надеть, одновременно прислушиваясь к голосу в трубке.

— Свето… Асенька, я Елена Марковна, мама Матвея, – повторяла она и всхлипывала от слёз.

— Здравствуйте, Елена Марковна, – как можно вежливее ответила Ася, но означало это одно: «Давай быстрее говори».

— Асенька, я слышала, что Матвей последний раз разговаривал с тобой.

— Ну и… – не поняла Ася, куда она клонит.

— Вы не поссорились? – осторожно уточнила Елена Марковна.

— Да я его задушить была готова! – вспомнила Ася их последний разговор. – Я ему предложила роль Кая, а он обозвал меня идиоткой.