Книга Таверна на колесах. Бургеры против Инквизиции или Попаданки рулят!, страница 24 – Аглая Райнис

Сам Маршал Райан не спал. Он уютно устроился в углу за массивным дубовым столом и хмуро изучал при свете оплывающей свечи какую-то пожелтевшую карту. На его лбу не осталось ни малейшего следа от шишки, полученной в результате противостояния с серебряной солонкой. Новая кулинарная магия расширенного действия убрала её без остатка.

Мира тем временем сидела на высоком табурете за барной стойкой и тихо злилась. Сон не шел. Мысли о Мие тяжелым грузом давили на грудь. Вдобавок ко всему, кухня после дневного гастрономического погрома напоминала поле боя. Повсюду валялись синие очистки, виднелись липкие пятна от тыквенного сока, а пол тонким слоем покрывала рассыпанная соль.

— Так, Проша, — Мира решительно засучила рукава и зыркнула на притаившегося в углу шушака. — Нам нужно убраться. Полноценно. До рассвета здесь всё должно блестеть, иначе я сойду с ума. Где у Броггара моющие средства?

Счетовод нехотя оторвался от своей амбарной тетради и кивнул на узкий шкаф под лестницей:

— Там всё. Ведра, тряпки и старый гномий веник из сурового болотного кустарника. Только ты, хозяйка, руками не маши. Магию свою кухонную не трогай. Хватит с нас приключений с летающим хрустенем и убойной солонкой. Я такого стресса второй раз не переживу.

— Да брось ты, — Мира уверенно подошла к шкафу и вытащила массивную швабру и куцый, жесткий веник. — С блинами получилось? Получилось. Рагу сварила? Сварила. Я просто хочу, чтобы эти веники подмели пол сами, пока я протру барную стойку. Что тут сложного? Вектор силы вперед-назад, обычная физика. Смотри и учись, пушистый.

Мира сделала глубокий вдох, вытянула ладони над шваброй и веником. Она попыталась сосредоточиться, мысленно отдавая приказ: «Чистить пол. От стойки до двери. Быстро и ровно». В груди уже привычно крутанулась горячая, пульсирующая волна. Новая сила охотно сорвалась с пальцев, окутывая старое дерево мелкой золотистой паутиной.

И тут же всё пошло кувырком. Бытовая магия в руках дипломированного су-шефа обладала на редкость строптивым характером.

Швабра вдруг резко дернулась, выпрямилась и с сухим стуком встала вертикально на свои тряпичные пучки. Веник забавно распушил свои прутья их болотной травы, словно павлин хвост, и издал тихий, угрожающий шорох. Инвентарь ожил, но вместо того, чтобы мирно собирать грязь, деревянные инструменты обрели полноценное, капризное эго.

Швабра сделала нелепый прыжок вперед, наподдала венику тяжелым деревянным черенком и резво бросилась в сторону камина. Веник оскорбленно затрещал, рванул следом и на лету залепил швабре грязными прутьями прямо по поперечине.

— Эй! Вы что творите?! А ну стоять! — ахнула Мира, бросаясь наперерез взбесившемуся инвентарю.

Между тем веник и швабра начали делить сферы влияния. Между ними завязалась самая настоящая, яростная потасовка за право обладания совком. Они с глухим стуком колотили друг друга черенками, поднимая в воздух тучи застарелой пыли. Мира бросилась им наперерез, намереваясь схватить строптивые инструменты, но швабра сделала сложный финт, увернулась от её рук и со всего размаху швырнула тяжелый медный таз прямо в сторону барной стойки.

— Ушам моим не верить, архивам погибать! — взвизгнул Прошка, ныряя под стойку вместе со своей тетрадью. — Я же говорил! Нас сейчас заживо погребет под мусором!