Книга Спорим? Будешь моей, страница 90 – Дарья Белова

— Сейчас не жалею, но я опасаюсь того, что может ждать нас потом. Не произойдет ли то, от чего я могу… пожалеть.

— Просто знай, что ты — больше, чем имя в сценарии.

Я не успеваю ответить. Его язык раздвигает мои губы, а ладони подхватывают под бедра. Артем относит меня на второй этаж в спальню. Нос улавливает сладкий цветочный запах.

Краем глаза вижу свой халат на спинке кресла, фоторамку на тумбочке со стороны, где я спала, там же мои украшения. Жданов стащил их из моей комнаты?

Псих! Ненормальный.

Ладонями фиксирую его лицо. Смотрю в потемневшие глаза, пытаюсь распознать свои настоящие чувства.

Все это должно пугать, но я по-прежнему не чувствую страха. Наоборот, хочется обнять Жданова крепко-крепко и сказать, что я рядом.Я его понимаю: также приходится играть, носить маски, быть сильнее, чем чувствуешь, искать тепло .

Артем, нарастив толстую непробиваемую скорлупу, через которую не пробиться никому, вдруг приоткрывает ее для меня.

Почему?

Наверное, увидел во мне что-то схожее с собой. В тот вечер, когда я, выпустившая своих демонов наружу, громила автомобиль.

Артем медленно двигается по моему телу вниз. Его губы касаются области внизу живота. По коже расходится обжигающая щекотка, и я покрываюсь мурашками. Прикусываю ладонь, чтобы заглушить постанывание.

— Не надо, — требовательно просит. — Хочу слышать, что тебе нравится и как.

Подцепив пальцам трусики, Жданов медленно стягивает их по моим ногам. Я оказываюсь абсолютно голой.

Артем мягко разводит колени в стороны. Его взгляд спускается по всему моему телу, пробуждая дрожь в каждой клетке, и останавливается на моей промежности.

Его взгляд становится еще темнее.

Во рту пересыхает от такого наглого поведения. Но я будто бы не в силах пойти против его желания — запретного, развратного.

— Королева красоты и здесь, — шепчет низким бархатистым голосом.

— Я больше не королева, — отвечаю и отворачиваюсь.

— Для меня всегда.

Опускается и рассматривает меня между ног с какой-то жадностью. Его дыхание обжигает чувствительную кожу. Становится жарко, каждая клетка пульсирует в тех местах, куда направлен взгляд Жданова.

Его язык мягко касается складок. Кончиком находит влажную точку и обводит ее, чуть надавливая.

— Ах! — всхлипываю.

Эти ощущения призваны свести меня с ума. Столько всего в каждом движении его языка по набухшим губам и клитору, я не могу сдерживать стоны удовольствия. Стыд уходит на второй план.

Его руки крепко обнимают меня за бедра, заставляя прижаться промежностью к его лицу. Даже если бы я захотела, я бы не смогла отстраниться. Хватка его пальцев не позволяет.

Господи, что он творит?!

Облизав меня всю, он входит… языком. Погружается внутрь меня, где очень-очень влажно после его развратных ласк.

Закрываю ладонями лицо и покусываю кожу. Глаза под веками закатываются от каждого толчка языка у самого входа. Иногда он возвращается к клитору, давая мнимую передышку, дразня легкими похлопываниями, и снова мучит медленными проникновениями.

Одновременно хочется ускорить и замедлить.

С каждой настойчивой лаской я подбираюсь к взрыву. Кровь закипает, дыхание сбивается. Меня подбрасывает вверх, выбивая из своего тела. Я даже теряю связь с реальностью, будто падаю в обморок.

Стон за стоном вырываются из моего рта, и я задыхаюсь.