Книга Победа офицера, страница 13 – Аня Истомина

— Обещаю, – киваю со вздохом, – идите, спите уже.

Она, помедлив, разворачивается и возвращается в сторону своей палатки, а я иду в сторону операционных.

— Вот врете ведь, – доносится спустя несколько шагов.

— Виктория! – повышаю голос, останавливаясь. – Раз!

— Что, так и сказал: «киборг», – с сомнением смотрю на Иру.

Она кивает, сдерживая улыбку.

Вздохнув, возвожу глаза к брезентовому потолку и опускаюсь на свою кровать, скидывая берцы с гудящих от усталости ног. Потом кошусь на вязание, лежащее рядом на полу в пакете.

— Вика, ложись уже спать, – хмурится Ира. – Мне вечером идти на смену. Вот спросит у меня Юрий Сергеевич, спит ли наша Виктория Викторовна. И что я ему скажу?

— Скажешь, что спит, – зеваю.

— Я врать начальству не буду, – категорично отрезает она.

— «Нас на начмеда променял», – напеваю на мотив песни про Стеньку Разина и, откинув одеяло, прячу ноги под него.

— Да классный мужик, – закатывает глаза Ира. – Сразу видно, что заботливый. Еще и красивый. Много ты видела красивых заботливых мужиков?

— Ни одного, – признаюсь, натягивая одеяло повыше и укрываясь почти до глаз.

— Надо брать, пока тепленький, – констатирует Ира и тоже расправляет свою постель. – А то Ильич вернется и все, уедет красавчик обратно в свой госпиталь.

— Да может он женат, а ты уже на него планов настроила, – с усмешкой наблюдаю за ней.

— Ни кольца нет, ни следа от него, – перебивает.

— Ну, тогда никогда не поздно перевестись, – закрываю глаза и темнота перед ними тут же начинает плыть от недосыпа. – Тем более, у тебя контракт скоро заканчивается.

— Знаешь, – сердито выдыхает она, и я чувствую на себе пристальный взгляд, – у тебя тоже контракт скоро заканчивается.

— А я то тут при чем? – открываю глаза и сверлю ее взглядом в ответ.

— А при том, что у него все вопросы почему-то так или иначе все время связаны с тобой, – поджимает губы, укладываясь на бок и глядя на меня.

— Ну, может, потому что я временно исполняла обязанности начмеда? – предполагаю, как мне кажется, очевидное.

— Нет, – качает головой Ира. – С какой ему радости интересоваться твоим семейным положением из-за этого?

— Тогда бери на вооружение мой метод: перестаешь смотреть на мужика как на мужика – и – вуаля – он твой. А то привыкли, что их в жопу целовать готовы, – язвительно хмыкаю, но потом миролюбиво усмехаюсь, отворачиваясь. – Я не претендую, Ир. Уверена, что это профессиональное любопытство, не более. Давай спать, а то я пожалуюсь, что ты мне спать не давала. Пусть он тебе ремнем угрожает.

— А что, тебе угрожал? – с интересом уточняет она.

— Нет, с чего бы? – отмахиваюсь, проваливаясь в сон. – Просто к слову пришлось. Свет выключи.

Ничего не снится. Просто ощущение, что я закрыла глаза, а через секунду их открыла.

Сажусь на кровати и осматриваюсь. В палатке темно, но я вижу на кровати напротив силуэт спящей Иры. Тянусь к телефону проверить время. Десять вечера. И можно было бы со спокойной совестью лечь спать дальше, ведь начальник же отпустил, но сердце не на месте.

Новый начмед слишком педантичный и медлительный, и я боюсь, что он просто не справится с потоком раненых, если тот вдруг будет.

Тихонько надеваю берцы и выхожу из палатки. Сейчас середина весны, у нас уже очень тепло днем, но ночью чувствуется бодрящая прохлада.