Онлайн книга «Фиктивная семья отца»
|
— Вам дочь не может дозвониться, Родион Максимович, – пискляво протягивает секретарша, заглянув в кабинет. — Что? Спасибо, Юля. Телефон беспомощно вибрирует под кипой документов. Хватаю трубку и прикладываю к уху. — Оленька, родная. Извини, я не мог ответить. — Пап, а почему ты прогнал Полю и Фису? – всхлипывает она в динамик. – Я так торопилась домой из школы, прихожу, а там… А там… Грудь обжигает леденящее предчувствие… Глубоко дышу, стараясь успокоиться и вернуть мыслям трезвость. Недаром утренний звонок Кирилла мне показался странным… То он неделями не звонил, а то беспокоится, когда выпустят нашу «мачеху»? — Что за ерунда? Я написал Полине, спросил, дома ли она… — Она у себя дома. Пап, мама брала мои ключи и… — Вот же дрянь! Прости, котенок. Дочка, я приеду сразу же, как меня отпустит следователь. И во всем разберусь. Дома сейчас никого нет? — Нет, папуль. Вещей Фиски нет и Галины Серафимовны тоже… Пап, что происходит? — Не вникай в это, солнышко. Я сам разберусь со всем. Завершаю вызов и тотчас звоню Полине. Не отвечает… Не известно, что эта дрянь ей наговорила. — У вас все хорошо? – косится на меня следователь. — Нет! Все плохо… Мне надо срочно домой. — Поезжайте, – нехотя протягивает следак. – Я буду вынужден вас вызвать на допрос. — Приеду, капитан. Завтра хоть весь день буду у вас сидеть, а сегодня… На ходу надеваю пальто и еду к Полине. Мне надо понять, что наговорила ей Альбина. Той звонить бесполезно… С ней у меня будет другой разговор и не по телефону. Еду, нарушая правила и подрезая водителей. Глупец… Гребаный идиот, понадеявшийся на удачу… Всю жизнь выгрызал у жизни блага, а тут спустил на тормоза. Паркуюсь возле ее подъезда и вбегаю по ступенькам на этаж. Задыхаюсь и звоню в двери, едва успокоив дыхание. Она неуверенно отпирает замок, вскидывая на меня сонный взгляд. — Здравствуйте, Родион Максимович, – ее голос звенит от стали. — Можно войти? – мольбой произношу я. Глава 10 Полина. Размораживаю домашнюю курицу и варю Анфисе суп. Дочурка ест с удовольствием и трет глазки. Мне тоже до ужаса хочется поспать… Прижимаю кроху к груди и подхожу к вечереющему окну. Снег мягко и неторопливо закрывает город белым покрывалом. Словно убаюкивает и вымораживает из сердца тревогу и обиду. И чего я на него взъелась? У человека есть личная жизнь, которая меня не касается… Пусть живет как хочет и с кем хочет… — Идем спать, маленькая? – целую дочурку в пухлую щечку и уношу в спальню. Как только кроха начинает сопеть, закрываю глаза и проваливаюсь в глубокий сон. Мне тепло под толстым одеялом и спокойно возле теплого детского тельца. Разве что сны приходят тревожные: снится тюрьма, Максим Игоревич, Родион… Он куда-то спешит. Расхаживает по большому красивому кабинету, а потом срывается с места и уезжает. Мчится по заснеженным улицам, изредка бросая взгляд на сверкающие огнями вывески… Наверное, едет домой? Я даже слышу, как трезвонит звонок. Стоп! Или это у меня? — Фисушка, пойдем посмотрим, кто пришел? Там, наверное, тетя Марина? Включаю в прихожей свет и прищуриваюсь, разглядывая визитера в дверной глазок. Боже мой, это он… С трудом усмиряя дыхание, отпираю замок и открываю дверь. Объективных-то причин его не пускать у меня нет. — Здравствуйте, Родион Максимович, – произношу спокойно, встречая его встревоженный взгляд. Пролегшие под его глазами тени и обострившиеся черты словно кричат, как он устал… |