Книга Бабочка в стекле, страница 180 – Елена Левашова

Прямо перед Новым годом, в последние дни декабря пришли данные из Интерпола. Причем сведения были запрошены по двум подозреваемым в разные сроки, а результаты поступили практически одновременно. Вооружившись папками, Лисицына и Фёдоров направились в кабинет Орлова поделиться информацией.

— Миллер Ирэна Владиславовна – сирота, потерявшая родную мать за полгода до своего десятилетия. Отца своего она никогда не видела. Галина Миллер умерла от рака, а девочку определили в один из детских домов Кёльна, – сказала Валентина. – Распечатка её телефонных звонков, совершенных на номер немецкого сотового оператора, подтвердила входящие звонки с «серых» сим-карт. Причём звонки давние, приходящие гораздо раньше покушения... Получается, она была на связи с преступником длительное время.

— Валя, она до совершеннолетия находилась в приюте? – уточнил Орлов. – Почему данные об Ирине оказались в Интерполе? Она привлекалась?

— Сергей Юрьевич, это один из старейших кёльнских детских домов, где практиковалось дальнейшее нахождение детей в приемных семьях. Так вот, Ирину взяла под опеку некая Ингрид Фишер. В её семье она и проживала. Контакт Ингрид в телефоне Ирины был записан как «мама». А что касается второго вашего вопроса, да: она привлекалась за кражу в супермаркете в пятнадцатилетнем возрасте. Тогда её приемная мать отделалась штрафом.

— Ясно. А ей сообщили о смерти дочери? – осведомился Орлов.

— Не знаю... Я не владею языками, чтобы звонить ей, хотя номер телефона её известен, – произнесла Валентина.

— Может, Рауде попросить о помощи? Насколько мне известно из разговора с Колосовскими, она теперь жена Бориса?

— Да, это так. Хорошо, Сергей Юрьевич, завтра вызову её.

— Валя, изображение татуировки улучшили наши местные компьютерные гении?

— Да, обещали завтра всё подготовить и передать в отдел, – ответила Валентина.

— Вызывай завтра на допрос Колосовского с женой, – Орлов задумался на минуту. – И Андрея Долженко. Возможно, кто-нибудь из них опознает татуировку и её владелицу.

Лисицына закрыла первую папку и развернула вторую. Данные по гражданке Литвы Рауде Виталине Альгисовне пришли, на удивление, быстро. Лисицына кивнула Игнату, позволив ему самостоятельно доложить начальству информацию.

— Сергей Юрьевич, Интерпол быстро передал сведения о Виталине по причине их открытого доступа в судебной базе.

— Она сидела? – удивлённо спросил Орлов.

— Да, за убийство! Копии материалов этого дела в информации, представленной Интерполом, тоже приложены. Догадайтесь, кто проходил свидетелем по делу?

— Юргис! Кто же ещё! – ухмыльнулся Орлов. – Что там? Не томи, стажёр!

— Виталина сбила на автомобиле двоих мотоциклистов. Они вместе с Юргисом двигались по извилистой дороге Паланги вечером. В протоколе дела указано, что за рулём находилась Виталина. Оба мотоциклиста погибли на месте аварии. С места происшествия эта парочка попыталась скрыться...

— Какой кошмар! И как нашли её? – недоумевал Орлов.

— Нашли по следам протекторов шин на следующий день, – ответил Игнат. – Сергей Юрьевич, она отказалась от дочери прямо после обвинительного приговора. Ей дали двенадцать лет. Мне кажется, что Юргис не просто так бросил курортный город и уехал в Красноярск. Определённо, здесь что-то не так... Он боялся расправы родственников погибших, осуждения? Или был причастен к преступлению?