Книга Бабочка в стекле, страница 164 – Елена Левашова

— Как же ты прекрасна... ‒ его голос стал приглушенным от страсти.

Казалось, она пьянела от его близости. Анна опустила своё лицо к нему, её розовые губы припухли от поцелуев, щеки зарделись нежным румянцем. Он языком ласкал её рот изнутри, покусывая влажные губы. Упругая грудь Анны ещё больше напряглась от возбуждения и ласк. Он нежно приподнял её бёдра, чтобы войти. Дрожащее от страсти тело Анны было готово принять его полностью, она хотела раствориться в нем, стать его частью. Он проникал в неё все глубже, еле сдерживая себя. Она двигалась сверху навстречу ему, задыхаясь от жара его поцелуев. Ногтями впилась в его плечи, со стоном оплела его торс своими ногами. Борис почувствовал долгожданные конвульсии её оргазма.

— Ты ‒ моя... ‒ прошептал он, пока Анна стонала от наслаждения. Со следующим толчком он заполнил её своим семенем. Они молча лежали, усмиряя барабанную дробь внутри груди.

Солнца почти не было, его слабые зимние лучи едва освещали комнату, зашторенную тяжелыми портьерами. Анна проснулась на груди Бориса абсолютно счастливая.

— Доброе утро, малыш. У нас теперь есть первая ночь вдвоём...

— А ночь у нас не первая, ‒ поправила его Анна, нежно прильнув губами к его щеке.

— Нет, с моей Анютой я провёл ночь впервые, а тогда, в Шарме, это была прекрасная незнакомка, но не ты... ‒ он смотрел нежно и пристально, с обожанием, впитывая её присутствие, такое долгожданное.

— Борь, что будет дальше? ‒ робко спросила она.

— Дальше будет счастье... ‒ он гладил ее по голове. ‒ Счастье любить тебя... Или ты мне не веришь?

— Тебе я верю. И знаю, что ты испытываешь безграничное доверие ко мне. Иначе не стал бы спать со мной незащищенно... А как же твоя сестра, твои родители? Какова будет их реакция?

— Анечка, милая, ‒ он обнял её за плечи и прижал к своей груди, – я сказал тебе вчера, повторю и сейчас, что в обиду тебя не дам. Я хочу быть с тобой...

— Что значит «быть с тобой»? – она встала с постели.

— Скоро узнаешь... ‒ он поцеловал её в висок.

— Борь, я так счастлива... ‒ она прильнула к нему и поцеловала. Чтобы дотянуться до его губ, ей, хрупкой, среднего роста, нужно было встать на цыпочки.

— Ты только моя, ты создана для меня, моих ласк и поцелуев... ‒ он прижал её к себе. ‒ Хочешь повторить? ‒ хитро спросил Борис, ‒ или будем собираться?

— Будем собираться. Меня на работе потеряют! ‒ строго возразила Анна.

— Кстати, в твоём офисе сегодня собрание, забыл тебе сказать, Берта, папа... все будут! В три часа дня.

— Господи. Почему так скоро?! Договорились же раз в квартал?

— Анечка, мы расширяем сферу бизнеса: обычные рабочие моменты, я уверяю тебя, ничего страшного.

Они спустились на завтрак. В холле было как никогда оживленно, люди куда-то спешили, сбивали с ног, официанты подавали кофе, гости тянули свои чемоданы на колесиках.

Борис с Анной сели за стол.

— Ты правильно сказала: я доверяю тебе и только поэтому позволил себе быть с тобой незащищенно, а не потому, что я делал это раньше всегда с другими. Поверь, это не так, ‒ Борис взял её за руки. ‒ Анютка, я не боюсь последствий. Ты понимаешь, о чём я?

— Борь, ты же знаешь, что Марина – дочь Юргиса, а не моя, совместных детей нет у нас, а значит, со мной можно не бояться последствий.

Анна сразу расстроилась. Эту тему она старательно обходила, надеясь, что она вообще никогда не возникнет. Борис ‒ взрослый самодостаточный мужчина, не производящий впечатления нежного отца. Хотя свою дочь Алину он носил на руках, но это было очень давно: Алине почти двадцать лет!