Книга Бабочка в стекле, страница 155 – Елена Левашова

Анна была удручена и расстроена. Она до последнего надеялась, что Юргис непричастен к краже, и это какая-то чудовищная ошибка. Хотя... Ей он подсунул документы под видом трудового договора, и Савицкая тоже могла обманом получить его подписи в тех договорах! Только это невозможно, иначе Юргис не исчез бы. Будь он в неведении, остался бы и попытался оправдаться. Остаётся лишь два варианта: он скрывается или давно убит...

Лисицына перестала отделять дела Колосовских от убийства Ирэны Миллер. Орлов настаивал, чтобы она перестала заниматься такой бесперспективной «ерундой», как ограбление, и погрузилась целиком и полностью в поиск убийц. Ориентировки о поиске преступников комитет выслал по всем подразделениям края и близлежащих областей.

Тело Ирины не было востребовано. Колосовские утверждали, что у неё были родители, с которыми она частенько созванивалась, только в контактах её телефона не нашли абонента с именем «мама».

Игнат ничего не мог выяснить об Ирэне Миллер. Лисицына после долгих уговоров и препирательств с Орловым настояла на международном запросе в Интерпол. Другого варианта что-либо выяснить о гражданке Германии следствие не находило. В российской базе данных она не значилась. С кем она в таком случае разговаривала? Берта утверждала, что Ирина пользовалась местной сим-картой только тогда, когда приезжала к Борису. Второй телефон при обыске квартиры Бориса, в которой она проживала, не обнаружили. Возможно, её родители не знают о смерти дочери.

Международный запрос Игнат готовил впервые. Лисицыной приходилось работать с Интерполом лишь один раз, пять лет назад, при поимке преступника с гражданством Болгарии.

— Валентина Васильевна, я все отправил, как думаете, ждать придётся долго? ‒ поинтересовался стажёр.

— Долго. Боюсь даже загадывать сроки, ‒ озадаченно проговорила Лисицына. ‒ Игнат, пришли записи с камер видеонаблюдения возле дома Савицкой. Я запросила везде: крупные супермаркеты поблизости, аптеки, салоны красоты.

— Я ещё не смотрел, товарищ капитан! Извините, ‒ он напрягся, ожидая её выговор, только Лисицына промолчала.

— Я тоже не видела, давай вместе посмотрим, ‒ неожиданно спокойно предложила она.

Игнат устало допивал остывший кофе, просматривая флешки с записями. Лисицына сидела за столом напротив, делая то же самое. За окном непрерывно сыпал влажный снег, застилая город белым серебром. На изображении камеры, принадлежащей частной аптеке, Игнат обнаружил пару, похожую на подозреваемых: высокий мужчина и миниатюрная женщина в натянутых на глаза чёрных капюшонах.

Игнат вскочил со своего места, нарушив тягостную тишину:

— Есть! Валентина Васильевна, подойдите сюда.

Лисицына тотчас подошла к столу.

— Посмотрите на татуировку женщины, на левом предплечье, ближе к локтю.

— Игнат! Ну какая татуировка? Я думала, у тебя лицо в камеру попало!

— Лица не видно ни у кого, капюшоны натянуты до самых бровей. Но татуировку могут узнать Колосовские или другие свидетели по делу!

— Правильно! Распечатай изображение татуировки и завтра же вызови Михаила Колосовского в управление.

Взволнованный Михаил Александрович появился в кабинете Лисицыной утром. Валентина разложила перед Колосовским увеличенные фотографии с камер.

— Что мне нужно опознать, Валентина Васильевна? ‒ он всматривался в чёрные капюшоны на фотографиях, качество которых оставляло желать лучшего.