Книга Чудо для Алисы, страница 8 – Елена Левашова

— Что ты будешь пить? – спрашиваю Мира.

— Коньяк, – устало отвечает он. Я не считаю алкоголь хорошим методом борьбы со стрессом, но молчу, понимая, что нотации моему другу сейчас не нужны.

— Отвлеки меня чем-нибудь, – просит Мир, запуская пальцы в свою рыже-каштановую шевелюру. – Когда открываешь филиал? Оборудование доставили? – деловито произносит он.

— Мир, хватит, – прерываю его дежурные речи. Официантка в красном клетчатом фартуке подходит к нашему столику и снимает с подноса дымящееся блюдо с варениками и бокал коньяка, ставит на стол. Затем она поправляет на голове венок из искусственных цветов и улыбается Мирославу. От его кислого выражения улыбка вмиг стирается с лица девушки, она торопливо забирает папки меню с нашего столика и уходит.

— Богдан, меня не нужно утешать, я знал, куда шел, когда поступил в медицинский. Проехали! – бормочет он и залпом опрокидывает в себя светло-коричневую жидкость. С силой опустив бокал на стол, Мир подхватывает вилкой вареник и отправляет его в рот.

— Я женюсь, Мир, – улыбаюсь я. Мирослав смачно жует, прикрыв глаза от удовольствия.

— Поздравляю, – отвечает он сухо и сразу же отправляет в рот следующий вареник. – Какого фифла? – спрашивает с набитым ртом.

— Тридцать первого декабря.

— Решили сэкономить и отпраздновать два торжества одним застольем? – Ироничные слова Мира словно вбивают острые гвозди в мое задетое самолюбие.

— Давай не будем? – отмахиваюсь я. – Готовься быть дружком на свадьбе.

Мир отодвигает бокал с недопитым коньяком и устремляет взгляд на сцену. Она озаряется маленькими потолочными светильниками. Из-за кулис выплывают две девушки в украинских национальных костюмах и паренек в синих атласных шароварах и льняной белой рубашке с вышивкой. Невысокая румяная брюнетка небрежно отбрасывает ленты венка с плеч и поднимает аккордеон, лежащий в углу сцены. Парень встает рядом с ней и мягко касается струн балалайки.

Голос певца звучит чисто и громко, словно колокольчик.

Ты постой, постой, красавица моя,Дай ты наглядеться, радость, на тебяcontentnotes0.html#n_4.

Мы с Миром несколько минут наблюдаем за происходящим на сцене. Наш интерес к выступлению давно остыл, и мне не терпится возобновить разговор. Мир опрокидывает в себя остатки коньяка и глухо произносит:

— Ты совершаешь ошибку, Рябинин. Можешь дать мне по роже или обвинить в несуществующей ревности, но от своего мнения я не отступлюсь.

— Мне неинтересно твое мнение, – отвечаю я резко.

— Послушай, когда-то мы оба были влюблены в Аллочку…

— Не можешь простить, что она выбрала меня? – выдавливаю я.

— Мои глаза открылись раньше, – гневно произносит Мир. Вокруг его прищуренных синих глаз разбегаются мелкие морщинки. – Твое желание добиться Аллу – просто каприз отверженного мальчика. Вы же совсем разные, Богдан…

— Хватит! – Я с силой ударяю ладонями по столу. – Не смей, слышишь? Или я не посмотрю, что ты мой друг!

Воздух между нами накаляется. Мир замолкает и переключает внимание на сцену, где девушки кружатся, взявшись за руки.

— Прости, Богдан, – тихо произносит Мир. Я так возмущен его откровениями, что не сразу понимаю смысл его слов. – Это твое дело и твоя жизнь. Прости… Не знаю, что на меня нашло…

— Поехали, отвезу тебя домой, – я вздыхаю. – Ты всегда говоришь правду, но здесь…