Онлайн книга «Московский вальс»
|
И тишина наступила: оглушительная, пугающая. Общежитие замерло. Все медленно, на цыпочках, расползлись по своим комнатам. Тихо скуля и вытирая слезы, постепенно успокоилась и Алена, а Марина, выкурив две сигареты подряд перед распахнутым окном, наконец сказала: — Ты права. Это дело твое. Но, Аленка! – шепотом взмолилась она. – Я же не против ребенка! Не против, хотя знаю, что это такое… Сопли, крики, грязные пеленки, бессонные ночи… Но все равно люди мечтают о детях – и рожают, рожают, рожают… Марина со вздохом махнула рукой. — Но это твой выбор. У тебя есть родители, квартира, вы обеспеченные люди. Не бросят, помогут… Марина надолго замолчала. А потом вскинулась и принялась вполголоса причитать: — Но от кого, Аленка! От кого? От этого темного типа, скользкого и непонятного? Которого надо вылавливать, караулить, выслеживать, сторожить! А это ведь унижение, Ален! И вообще – что ты знаешь о нем? А ведь он занимается криминалом! Кри-ми-на-лом, детка! А если его – того?.. Убьют его же подельники? Что-то не поделят – и грохнут, вывезут в лес и закопают… А ты будешь ждать. Ждать и верить, что он вернется! Алена слушала до странного спокойно, молча. Марина покачала головой и продолжала: — Или другой вариант: он будет вынужден скрываться. От ментов или от своих деловых – какая разница? А если его вообще закроют? Ты меня слышишь? Посадят, и все! А там дела серьезные, он не жвачкой торгует или какими-то джинсами… Она уставилась на Алену. — И вообще: ты у него-то спрашивала, хочет ли он ребенка? А если нет – на что ты надеешься?.. Царь!.. Ну, какой из него отец? Ты останешься здесь, в Москве, с его мамашей в проходной комнате? Или уедешь домой – и он не увидит ребенка? Хотя… Это точно будет к лучшему. Марина вздохнула. — Ответь, сделай милость! Уважь. Как ты видишь свою будущую жизнь? Как, Алена? Алена молчала, уставившись в стену. На ее лице не было никаких эмоций: ни грусти, ни тоски, ни страха. Пустые глаза ничего не выражали. — Никогда не думала, что у тебя может быть такое дебильное выражение лица, – попыталась пошутить Марина. – Понимаю, ты растеряна. Я тебе помогу. Итак, сначала ты пойдешь в женскую консультацию вставать на учет. Дальше. Скажешь родителям. Третье. Что будем делать с Царем? Сообщать ему или?.. Мне кажется, лучше не сообщать, мало ли что. Алена посмотрела на подругу и ровным, спокойнейшим голосом заговорила: — В консультацию пойду на следующей неделе. Встану на учет. На диплом постараюсь выйти пораньше: надеюсь, мне пойдут навстречу. Родителям скажу перед отъездом домой. А если… Она запнулась и замолчала. — Если что? – уточнила Марина. – Если вдруг выйдешь замуж за Царева и останешься в Москве? Знаешь, что будет? Примчатся все – папа, мама, сестра. Еще и прихватят кого-нибудь для утяжеления: родственников или товарища отца. Ты говорила, что у тебя строгий папаша. Ты думаешь, они все оставят как есть? Нет, дорогая. Вы цивилизованный народ, морду бить не будете. Вы просто пойдете в милицию и напишете заявление на того, кто виноват и не желает отвечать. Еще твои предки устроят скандал в институте. Разнесут все в клочки. А дальше увезут тебя в родную Братиславу – и поминай как звали. Не дадут они тебе выйти замуж за этого Царева и остаться здесь, не дадут! Они же не идиоты! А уж если узнают, что он тебя бросил… Даже представить не могу размеры бедствия… |