Книга Доброе имя, страница 86 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

Ник орал так, что я даже запереживал — как бы его не услышал кто-нибудь из коллег, а то и сам лейтенант.

— Ник, тише. Если Левандовски…

— Да никто меня не услышит, — ответил он чуть спокойнее. — Левандовски сидит у себя в кабинете, носа не кажет. Парни разъехались по работе. А я вот сижу, охреневаю с того, какой мой друг конченный псих!

— Да ладно тебе, не бесись. Ты ведь понимаешь, что если я что-то делаю, значит, это необходимо, — ответил я.

На этот раз он долго молчал, после чего произнес спокойно:

— Двое профессиональных киллеров… Ты понимаешь, что мог погибнуть?

— Разумеется, — ответил я. — Но я жив.

— Потому что Бог хранит идиотов… — выдохнул напарник.

— Слушай, скажи хоть ты, что там происходит? Меня выперли из участка утром, и с тех пор ни слуху ни духу, — спросил я, поймав паузу в его недовольстве.

— А ты не знаешь? Отдел убийств провел успешную операцию по захвату группы киллеров, которых они искали больше года. Я пока не знаю подробностей, мне один из них по секрету шепнул. Они только полчаса как вернулись, — ответил Ник.

— Сколько? Скольких киллеров взяли? — спросил я, затаив дыхание.

— Двоих, — ответил Ник. — Причем вроде как их лидера в том числе.

Я облегченно выдохнул. Вся «стая» под стражей, а значит, этой ночью никто не придет меня добивать. И это уже невероятно успокаивало.

— Есть еще какие-то новости от них? — спросил я. — Может, по заказчику?

— Нет, — ответил Касселс. — Я же говорю, пока никаких подробностей, допрашивают задержанных, парни из убийств готовят документы, поднимают старые дела, весь архив на ушах. К ним пока не подступиться с расспросами.

Он сделал небольшую паузу и спросил:

— Это ведь его люди? Их заказчик…

— Да, — ответил я, не дожидаясь окончания фразы, — это он.

— То есть… — начал было Ник.

— Не сглазь, — сказал я и сам удивился — ни одного дня я не страдал суевериями. — А что остальные?

— Да весь участок гудит, как улей, — ответил Ник. — Прошел слух, что их взяли по твоей наводке. Люди все больше верят в твою версию с подставой, раз уж за тобой отправили убийц. Все обсуждают. Те, кто изначально тебя обвинял и был за твое увольнение, сидят молча. Остальные судачат.

— А что Левандовски? — спросил я.

— Ха, — Ник впервые за весь разговор усмехнулся. — Надулся, как рыба фугу, и ушел к себе в кабинет. Пока что не выходит оттуда. Похоже, он такого не ожидал.

Я невольно усмехнулся. Да уж, тот, кто всеми силами пытался избавиться от меня, считая пятном на своей репутации, не мог не оценить таких новостей.

— Когда парни из отдела убийств немного освободятся, я разузнаю, что и как. У меня есть среди них знакомые, — сказал Касселс.

— Слушай, Ник, — сказал я, решив, что раз захват чистильщиков Гольдберга прошел по плану, пришло время еще немного помочь коллегам. — Ты можешь достать мне рабочий номер их сержанта?

В отличие от нравов, которые в Департаменте почему-то стояли особняком от других детективов, как тот же CRASH, у хомисайда своего лейтенанта не было. Они, как и угоны, и большинство других отделов, подчинялись Спронгу. И в нем я был практически уверен — он один из немногих, кто с самого начала верил в мою невиновность, а значит, и показаниям моим должен поверить. Но он все же координировал сразу всех детективов, а мне сейчас требовался тот, кто будет руководить работой отдела убийств в поле. Нужно было попробовать заручиться поддержкой одной известной в участке личности.