Книга Доброе имя, страница 43 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

А в-третьих, тело Соко было к нему привычно, потому что именно с таким он служил и воевал в Гренаде. Я покрутил в руках оказавшийся неожиданно тяжелым пистолет серого цвета, дернул затвор, который встал на задержку, большим пальцем снял его. Удобный. Большой очень, но при этом ухватистый достаточно.

Вот только… Самовзвода нет. Носить с патроном в стволе — это надо не только предохранитель сбрасывать, но и взводить курок. И патронов в магазине всего семь. Может быть, в начале века ничего лучше и не было, да только сейчас — это не то, что нужно. Хотя, как разбогатею, обязательно куплю себе один в коллекцию. А может быть и как служебный, когда появятся под парабеллумовский патрон, да с магазинами побольше. Но пока я таких не видел, наверное их и нет.

Посмотрел Ругер П85. В руке он лежал странно, непривычно, будто конструкторы не совсем под стандартную человеческую ладонь его делали.

Ну и были еще Глок 17 и Зиг Зауэр П226. И оба варианта я бы взял с удовольствием, только вот это были новые модели, и продавцы безбожно ломили за них цену. Даже дороже, чем в магазине, несмотря на то, что это были поюзанные пистолеты с рук.

В конце концов, как бы смешно это ни было, мне пришлось купить Беретту 92. Точно такую же, как та, что была у меня на службе. Помимо очевидных преимуществ вроде емкости магазина, ее главным плюсом стало наличие навыков применения.

К этому стволу тело Соко было привычно — и это стало определяющим в выборе. Просто потому что в моей ситуации промедление из-за непривычного оружия могло стоить мне жизни, а привыкать было попросту некогда.

Продавал ее мужчина с военной выправкой, но вопросов он не задал, и запросил всего четыреста сорок долларов. Показал значок, купил.

— Вот и все, — сказал я, а потом взял Сару за руку, и мы двинулись в ту сторону, где стреляли — что-то бахало громко всю дорогу. Хотелось опробовать купленное оружие.

— Да ты оружие выбираешь, как будто спутницу на всю жизнь, — сказала она.

— У меня просто есть вкус, — отшутился я. — И в оружии, и в женщинах.

Она расхохоталась, чмокнула меня в щеку, и мы наконец добрались до отдельной зоны для тестовой стрельбы, огороженной забором. У входа стоял инструктор, который принял у нас оплату, выдал патроны, защитные очки и наушники. И мы отправились к дорожке.

Мишени там уже были, и я показал Саре, как заряжать ее револьвер. Потом разрядил и показал, как сделать это снова.

— Тренируйся, — сказал я. — Пока до автоматизма не дойдет.

В наушниках, да еще и из-за стрельбы со всех сторон, нам приходилось кричать, но мы все равно друг друга слышали.

— Буду, — честно ответила она. — А теперь постреляем.

Ну, воображения моего Сара не поразила, да и дистанция в десять метров была слишком большой для двухдюймового ствола, но стрелять она определенно умела. И про то, что у нее был двадцать второй калибр в детстве, явно не врала — техника спуска имелась.

Правда, отдача оказалась все равно великовата, а выстрел еще и по ушам лупил, несмотря на наушники. Но нормально.

Потом я пострелял из Беретты, но тут больше чтобы проверить ствол, потому что тело Соко владело этим оружием просто феноменально, и с двадцати пяти метров я положил все двадцать выданных мне патронов прямиком в центр мишени.

А потом мы пошли в другую секцию, отведенную для длинноствольного оружия. Я зарядил Ремингтон, вскинул его, прицелился в центр мишени и нажал на спуск. Грохот пробился даже через наушники, а в центре мишени появилась дыра, затвор вернулся на место. Я четыре раза нажал на спуск, а потом, больше выпендриваясь перед девушкой, захватил два патрона между большим и мизинцем, загнал в подствольный магазин и выстрелил еще два раза. И так еще раз.