Книга Доброе имя, страница 23 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Ну, меньше сил будешь тратить на работу — больше останется на тренировки. Тебя подстраховать, или ты еще не закончил?

— Еще два подхода, — ответил я.

— Ладно, делай, я подожду.

Я закончил с гантелями и подумал, что Франко пришел как нельзя вовремя — дальше у меня по программе действительно был жим.

Так, перебрасываясь с Коломбо короткими репликами между подходов, я и закончил свою тренировку — на радостях даже рабочий вес чуть увеличить получилось. После чего попрощался с бодибилдером, принял, по своему обыкновению, ледяной душ, переоделся и вышел из зала.

Потянулся, подставляя лицо солнышку — оно сегодня, как по заказу, светило с самого утра. А потом сел в «Шеветт» и поехал в Карсон. Несмотря на внеплановый отпуск, время на праздность и лень у меня вряд ли будет — со дня на день должна была позвонить Митчелл. И тогда нужно будет браться за дело всерьез.

Утром я позволил себе поваляться подольше — как ни крути, а я заслужил. Потом покормил своих животных и вышел на пробежку с Рэмбо — осенняя погода позволяла бегать практически в любое время, жары все равно уже не было. Правда, стоило мне подумать об этом, как пошел дождь.

Пока возвращались домой — промокли до нитки. Сначала меня это раздражало, а потом я увидел радостную морду пса, который весело отряхивался и периодически клацал зубами в воздухе, пытаясь поймать особенно крупные капли дождя. И мне самому внезапно стало хорошо. Дождь, конечно, был уже не теплым и ласковым, как летом, но еще и не ледяным. Я подставил крупным каплям лицо и блаженно улыбнулся. А в какой-то момент и вовсе не выдержал и вслед за Рэмбо открыл рот, дождавшись, пока несколько капель упадут на язык.

В Лос-Анджелесе я бы так делать не стал — все же там капли пролетают сквозь клубящийся над городом смог из выхлопных газов, пыли и дыма с заводов и котельных. Здесь, в Карсоне, воздух, конечно, тоже далек от российской деревеньки, куда я в детстве ездил к бабушке, но все равно получше.

Блаженно прищурился, после чего поймал радостный взгляд Рэмбо — похоже, он был доволен, что научил чему-то своего человека. Так, промокшие до нитки, но счастливые мы вернулись домой. Где нас встретило очень недовольное «Кво-о-о!».

Я посмотрел на Владимира, не выдержал и засмеялся. Потому что он в своей клетке сейчас буквально представлял из себя мокрую курицу — перья промокли и частично прилипли к телу, из-за чего он выглядел тощим, как вешалка. Это с учетом того, что он и так-то в силу породных особенностей был худым и прогонистым.

В ответ на мой смех Владимир посмотрел на меня таким взглядом, что я понял, что клетку сегодня лучше не открывать. А когда я проржался, мне стало жалко птицу — это ведь он так каждый дождь тут мокнет, как бомж какой-то.

Я запустил Рэмбо в вольер, где он отряхнулся и нырнул в свою будку. Сам же сходил в трейлер и нашел там обрезок брезента, который остался у меня еще со времен возведения навеса, проволоку, пассатижи и ножницы.

Вышел, примерился к клетке, уже не обращая внимания на дождь, отрезал нужный кусок брезента и натянул его сверху на крышу клетки, чуть загнув края на стенки. Быстро прихватил в нескольких местах обычной железной проволокой, оставшейся еще со времен возведения турника. Подергал — держится, ветром не сорвет. Посмотрел на Владимира, который, кажется, теперь глядел на меня чуть менее недовольно. И остался удовлетворен результатом.