Книга Помоги мне умереть, страница 93 – Наталия Лирон

Марина постучала в приоткрытую дверь.

— Да-да, – тут же откликнулся Егор, нимало не смущаясь, и обратился к Гуле, – ты кофту пока накинь.

Девушка спокойно вдела руки в рукава, отняла от груди драпировку, застегнулась и обернулась.

— Здравствуйте. Я Егору новую головоломку принесла, а он не может собрать, может, вы попробуете?

Марина и забыла, что когда-то в больнице враз собрала мудрёный пазл из двух железок. И поняла, почему они не стесняются, – она застала обычную работу натурщицы и художника.

«Какие-то они слишком взрослые. Оба».

— Вот. – Гуля подошла к рюкзачку и вытряхнула из него несколько деревяшек, поколдовала – и они собрались в замысловатую ровную фигуру.

— Ух ты! – Марина действительно заинтересовалась. – Прямо сейчас у меня нет времени, но, может быть, ты оставишь мне эту штуковину на пару дней?

— Конечно! – Гуля заулыбалась ещё шире, польщённая заинтересованностью, что-то сдвинула, и фигура снова распалась на деревяшки. – Хотите, я вам дам картинку, как должно быть?

— А давай я сама попробую придумать, как должно быть? – предложила Марина. – Вы есть будете?

— Нет, спасибо. – Девушка опустила глаза.

— Обязательно будем, и Гуля тоже, – быстро сказал Егор, – но сначала я закончу, мне тут немного, полчасика.

— Ладно, а потом на кухню, – Марина взялась за ручку, – кстати, операция твоего братца прошла успешно, и в пятницу он будет дома.

Егорка вспыхнул и покраснел.

— Вот же я олень! Я ему звонил, но у тебя спросить забыл!

— Олень, олень, – покивала Марина, – но, поскольку ты у нас натура творческая и легкомысленная, тебе прощается.

— Я не легкомысленная натура, – отчеканил Егор и посмотрел на неё едва ли не с вызовом.

— Да это я так, к слову, – она удивилась, – не принимай всерьёз.

— Ладно. – Он подёрнул плечами, дескать, что это он.

Марина вышла и прикрыла дверь.

Она возилась на кухне и думала-думала-думала. О том же, о чём думала, пока ездила к Даньке в больницу, пока шла тихими улочками от Восстания до Александра Невского, пока разговаривала с Егором и Гульбахор.

Мысли роились жужжащими шершнями где-то за затылком, навязчиво и липко. Как сейчас быть? Как жить дальше с мужем? Жить ли? И кто он такой, этот человек – Дмитрий Клеверов, вляпавшийся в криминал? Чуть растолстевший, обрюзгший, с нервными беспокойными руками и бегающими глазками, уже так не похожий на её светлого юморного Димку, в которого она влюбилась много лет назад.

Сегодня, в будничных заботах, до неё постепенно докатывалась вся чудовищность и безысходность того, что он сказал вчера и что стало её реальностью тоже, которую она вовсе не выбирала и на которую не соглашалась. И… реальностью её сыновей.

Кипящая злость обжигала глаза, ошпаривала сердце, и она старалась отодвинуть её подальше, потому что если ближе, то ей отчаянно хотелось пришибить дорогого мужа сковородкой по башке, не дожидаясь, когда это сделает кто-то другой. Как он мог так НЕ подумать о ней и детях? Ладно о ней, но о мальчишках! Проклятый идиот!

Что говорить и что делать, когда сегодня вечером он придёт домой со своей «работы», как вести себя с ним?

Она скучала по Семёну, ей хотелось созвониться с ним. Нет, не рассказывать всё – слишком стыдно и страшно, а просто поговорить ни о чём. Написать СМС и увидеть его ответное «привет», услышать уже такой близкий хрипловатый голос, но она понимала, что если сделает это, то её брак полетит ко всем чертям окончательно и бесповоротно. И ей становилось страшно.