Онлайн книга «Прикованная»
|
Я не могу никуда позвонить! В этом чёртовом доме блокируются все сигналы! – Глеб, не спи! Нам надо идти! Слышишь! Ты должен встать! Смотрю на него и понимаю, что не сможет. Он не встанет. Что же делать? Что делать?! – Глеб, дай ключи от машины. Глаза его закрыты, на губах кровь! И на полу тоже… поворачиваю его, смотрю сколько… нет, не так, много… пол-литра? Литр? – Глеб!! – ору я. – Ключи!!! Он размыкает веки. Глаза мутные, больные… – Лен… п-погоди. Скоро… скоро всё кончится. – Я быстро, Глеб! Я за помощью. Быстро! – вскакиваю. – Н-не уходи, – слабо просит он, цепляясь за подол юбки, – пожалуйста. Не уходи… мне страшно. Кашляет, кровавые брызги летят на пол, размазываясь по щеке. Я не слушаю, забираю ключи, телефон, дёргаю подол, вырывая из рук. – Лен… – Он делает усилие и снова цепляется за меня. Я присаживаюсь и говорю с ним как с маленьким: – Тише, мой хороший, тише, я быстро. Я знаю, тебе страшно, знаю. Так и должно быть. Всё будет хорошо. Обещаю. Мы выберемся. Я люблю тебя, слышишь? Люблю. Мне легко это говорить. Очень легко. Я не сказала ему этого тогда, но сейчас… он пришёл за мной. Спустя долгие три года он искал меня, он нашёл… В его глазах стоят слёзы. – Лен… – хрипит, кашляя, – я… прости меня. Прости. – Что? – не понимаю, о чём он. – Э-т-то я… – старается говорить быстро, – я видел тебя в ту ночь, я… знал, что творит Дима, и… не защитил, не уберёг тебя тогда… Смотрю на него во все глаза: – Ч-что? Что ты? О чём? Воздух вокруг смерзается – не вдохнуть. Он цепляется за юбку: – Прости… я должен был, должен… Времени нет, времени совсем нет. Не думай. Не думай ни о чём. Я разворачиваюсь, выдёргиваю подол из его рук и бегу так быстро, как могу. Двор, забор, машина… Дорога. Ключ, зажигание, свет фар… Даю заднюю, чиркаю по дереву, тыкаю телефон – он молчит. Еду… минута, две, три, четыре… Он умрёт там. Пять… Я на шоссе. Есть сеть. Сто двенадцать… гудок… Смотрю в навигатор: координаты, которые он ввёл, чтобы приехать сюда. Да возьмите вы уже трубку!! – Алё? Да! Мужчина, ножевое ранение в живот, внутреннее кровотечение, кровопотеря – литр или больше, возможно, задета печень… Куда? – называю данные. – Быстрее, пожалуйста. Полицию? Да, вызывайте, всех вызывайте, только быстрее! Да, я врач. Кто я? Просто… врач. Елена Киселёва. Отбой. Откидываюсь на спинку, закрывая глаза, вспоминая… Ключи в руках Глеба, они с Лёшей ругаются. Лохмотья ощущений… бахрома… Меня кто-то отвязывает… Глеб? Это был Глеб? Трогаю шею, ухо – рваная мочка распухла, висит рваным куском мяса, но раковину не задел. Боль приходит только сейчас – я забыла, что он меня ранил в плечо, смотрю – предплечье навылет. Я сижу в машине на съезде с шоссе на разбитую просёлочную дорогу, чтобы перехватить «Скорую» и повести за собой. Включаю мигающую аварийку, чтобы меня заметили. Прислоняюсь виском к стеклу – вокруг тишина новорождённого дня – холодный рассвет развесил клочья тумана на голых ветках, залил низину густым молоком тумана. Он умрёт. Он наверняка умрёт, а меня посадят. Я приведу полицию в дом, где убитая девушка, прикованный в подвале парень и… раненый или мёртвый мужчина. Медленно моргаю и слышу сирену. Это они – уже близко. Глаза закрываются сами собой, свет съёживается, расползаясь по швам, и исчезает… |