Книга Кровный омут, страница 137 – Наталия Лирон

Я немного опешила:

— Вот так просто? После убийства его отца? Но он же… Послушай, он не мог не спросить ни про Федьку, ни про меня.

— Еще как мог, – сестра торжествовала. – А знаешь почему? Потому что настоящей матерью ему была я. Это я чаще вставала к нему по ночам, чем ты, это я готовила ему любимые блинчики, это я ходила в школу на родительские собрания, тебе же было все время некогда, помнишь? И играла с ним, и водила на «фигурку»…

— Заткнись! – она была права. И мне не хотелось это признавать.

— Ты была слишком занята мужем, работой, романом с Рамарем и своей никчемной жизнью. А матерью ему была я.

— Он все равно не мог не спрашивать обо мне.

Тоня встала, подошла к печке и подбросила дров:

— Он хотел тебе позвонить, но я сказала, что ты сама звонила, пока мы с его отцом разговаривали буквально десять минут назад, и что ближайшие два-три часа у тебя будут важные переговоры. Единственное, о чем я молилась, – так это чтобы никто не обнаружил тело раньше, чем мы уберемся отсюда. Поэтому я присела рядом с ним и спросила:

— Ну что, айда или как? – и сделала вид, что расстроилась. – Коть, если ты не хочешь, так и скажи, я тогда передам это твоему папе и поеду домой, а ты останешься сидеть…

Он подскочил:

— Хочу! Очень хочу! Прям сейчас поедем?

— Ага! – я присела и улыбнулась. – Иди ко мне.

Он подошел, и мы обнялись.

— Ты мой рыжий рыжик, я очень тебя люблю!

— И я тебя, теть Тонь. Что берем с собой?

— Я твоя крестная мама, помнишь? Так что иногда можешь называть меня мамой.

Он засмеялся:

— Мама Тоня!

Я видела его улыбку, слышала этот звонкий смех и понимала: все не зря. Все точно не зря! Ради этого смеха, ради этих счастливых глаз и его «мама» я готова на все.

— А ничего с собой не берем, – я взяла его за руку, – ни-чего-шеньки! У меня в машине твой настоящий походный рюкзак, спальник, спасжилет, аптечка, котелок – в общем, все необходимое, так что…

— Ого! – его глазищи распахнулись.

— Даже зажигалка и сухой паек! – Я едва сдерживалась, чтобы не сгрести его в охапку и не утащить побыстрее. – Так что надевай кроссовки, и пошли. И нужно поторапливаться. Машину я оставила в лесу, потому что по лужам сюда не проехать.

— Да? – удивился он, ведь они сами как-то проезжали.

— Давай-давай.

— Ладно. – Он, как обычно, сунул в карман куртки мобильник.

— Э, нет, братец, ты ведь помнишь – без телефонов, – я посмотрела на него. – Как настоящие рейнджеры, а не маменькины сынки. На самый пожарный случай телефон будет у инструктора, так что волноваться не о чем.

— Так что, его тут оставить? – Он впервые посмотрел на меня как-то недоверчиво. – И папа… его что-то долго нет, я хотел с ним попрощаться. Может, сходим за ним?

Жар вперемешку со злостью обдал меня изнутри, сменяясь ледяной волной тревоги:

— Ладно, если хочешь, давай сходим в административный кор… Погоди… – я сделала вид, будто мне звонят, и поднесла телефон к уху:

— Да, здравствуйте. Да, Перепелкин Кирилл, – я закрыла трубку рукой и обратилась к нему: – Инструктор спрашивает – подтверждаем свое участие?

Он быстро закивал:

— Ага-ага!

— Да, подтверждаем, – сказала я в трубку. – Когда? – и посмотрела на часы. – Да, постараемся успеть.

Жека тут же снова быстро закивал.

— Да, да, очень постараемся. Я понимаю, что вы не будете нас ждать.