Книга Скрытая бухта, страница 72 – Мария Орунья

Она указала на карту, припомнив методы расследования, которые изучала в отделе поведенческого анализа Центрального разведывательного подразделения судебной полиции Испании. В Мадриде она провела всего две недели, пару лет назад прошла там интенсивный курс, предназначенный не только для специалистов, но и для психологов-криминалистов гражданской гвардии и некоторых подразделений спецназа. За те насыщенные две недели у нее сформировались как собственная точка зрения, так и обширная база для работы на годы вперед. Хотя отдел поведенческого анализа был первым отделом, занимающимся психологическим анализом насильственных преступлений в Испании, там использовались уже проверенные методы, заимствованные у британского Скотланд-Ярда, французской Сюрте и американского ФБР.

Валентина обозначила точки, где были найдены три тела. Ребенок – в Суансесе, Педро Салас – в Суансесе, доктор – в Ла-Таблии. Он жил в Сантандере, но ездил к сеньоре Онгайо в Комильяс, и это был его последний визит. Где разместить его на карте?

Коллеги вопросительно смотрели на нее.

— Ищешь точку привязки, да? – спросил Ривейро, с которым Редондо подробнее, чем со всеми остальными, делилась мадридским опытом и вообще обсуждала возможные способы криминального профилирования.

— Точку привязки? – не поняла Марта Торрес, самая молодая сотрудница в отделе.

— Да, именно ее. – Не отрывая пристального взгляда от карты, Редондо продолжила: – Точка привязки – место, связанное с убийцей. Это в случае, если у нас один убийца. – Она начертила на карте круг. – По месту совершения преступления можно определить и особенности поведения самого убийцы. Преступления совершаются не слишком далеко от его собственного местонахождения, чтобы успеть скрыться, но и не слишком близко, чтобы ненароком себя не выдать… Чаще всего преступления совершают в так называемой зоне комфорта, но не думаю, что в нашем случае все именно так. Это вряд ли случайные жертвы, скорее всего, их устранили по какой-то конкретной причине, связанной, вероятно, с прошлым самого убийцы.

В комнате ненадолго повисло молчание, будто все пытались найти ответы на карте.

— Предполагается, что убийца должен жить внутри круга, который вы нарисовали? – спросила Марта Торрес.

Круг – точнее, эллипс – соединял Сантандер с Комильясом и включал в себя Суансес, Торрелавегу, Сантильяну-дель-Мар, а также большой участок Кантабрийского моря.

— Не совсем. Для точного определения точки привязки нам потребуются все данные экспертизы – важно знать не только место, но и время совершения преступления, в каких временных рамках действовал убийца. Я лишь показала здесь “гипотезу круга”, а смысл в том, чтобы отметить места преступления на карте, взяв в качестве конечных точек диаметра две самые удаленные точки. В случае с отравленным доктором я расширила диаметр до Сантандера, учитывая, что он проживал там, и до Комильяса, откуда он выехал незадолго до смерти. Центральная часть круга – это наиболее вероятное место жительства убийцы. Но мы, естественно, не можем быть в этом уверены, особенно в случае врача, потому что нам еще только предстоит узнать, где он был отравлен.

— Ну, согласно этой гипотезе, – вмешался капрал Камарго, – убийца должен находиться где-то в Суансесе или в Сантильяне-дель-Мар.