Книга Пристанище, страница 96 – Мария Орунья

— Капитан, судья Талавера… – Камарго попытался вступиться за судью.

— Да знаю я, нам с Талаверой охренеть как повезло, капрал, настоящий профи, волынку не тянет, своими указаниями не раз доводил прокуратуру Сантандера до белого каления, – усмехнулся капитан. – Продолжайте, коллеги. Редондо и сержант Ривейро наверняка проторчат до вечера в Комильясе, а Торрес с Субисарретой скоро должны вернуться из Инохедо. Подключите их. И держите лейтенанта в курсе любой, даже самой, казалось бы, пустяковой информации. Все ясно?

— Да, капитан, – в унисон отозвались Сабадель и Камарго.

— Отлично, господа, я у себя в кабинете.

Сабадель был непривычно молчалив. Камарго с любопытством взглянул на него:

— В чем дело?

— Я забыл кое-что проверить.

— Что?

— Я искал в интернете конкретные монеты и совсем забыл про коллекции. – Сабадель развернулся к монитору.

— Окей, Гугл, покоритель всех безнадежных случаев…

“Монеты Комильяс”, – набрал Сабадель. Ничего интересного. Он продолжил: “Монеты Инохедо”, “Монеты Суансес”. Пусто. Камарго изумленно наблюдал за Сабаделем: подобный энтузиазм со стороны младшего лейтенанта был чем-то невероятным.

— А если попробовать “Монеты Кантабрия”? – предложил капрал.

— Сейчас, – вздохнул Сабадель, мрачно представляя, как ему придется обзванивать нумизматов и музеи. – Черт! Вот оно, Камарго, вот оно!

Он принялся лихорадочно скакать по страницам, где упоминались монеты из пещеры на горе Эль-Кастильо.

— А где находятся эти пещеры? – поинтересовался капрал. – Никогда о них не слышал.

— Тут сказано, что в Пуэнте-Вьесго.

— Что-то знакомое. Не там ли водолечебница?

— Мне-то откуда знать про водолечебницу, Камарго?

— Вроде там как-то проводила сборы футбольная сбор-ная.

— Да черт с ними. Главное, это ведь те самые монеты!

— Ты уверен? – усомнился Камарго.

— Да заткнись, черт бы тебя побрал. Ясно же как белый день: монеты, пещеры, спелеологи. Вот, читай: “Пещера монет… в шестистах метрах от пещеры Эль-Кастильо… Благодаря наскальным рисункам в 2008 году признана ЮНЕСКО объектом Всемирного наследия. Своим названием пещера обязана найденным там монетам эпохи Католических королей”. Ну что, еще сомневаешься? Монеты Католических королей, обнаруженные в пещере. Наверняка те самые. Но как они попали в Комильяс?

Роберто Камарго признал, что, возможно, они действительно нашли недостающее звено – слишком много совпадений, все это наверняка как-то связано.

Сабадель продолжал:

— Да про них даже в Википедии написано. И как мне это раньше в голову не пришло? Но кто же знал, что монеты связаны с доисторическими пещерами?

Но сейчас эти монеты были при мертвецах. Может, это как-то связано с их профессиональной деятельностью? Взволнованный Сабадель нашел в интернете нужный номер и позвонил в музей при горе Эль-Кастильо. В ожидании ответа он не отрывал взгляда от экрана компьютера, где рядом с телефонным номером красовался рекламный слоган: “Невероятная Кантабрия”. Младший лейтенант довольно ухмыльнулся.

— Черт, и не поспоришь, – пробормотал он. – То, что случается у нас, нигде больше произойти не может. Камарго, ты видел? “Невероятная Кантабрия”!

* * *

Майкл Блэйк вел себя странно. Все его шуточки и болтовня вдруг куда-то улетучились. Он даже забросил музыку. Сообразуясь со своим настроением, он каждый день выбирал что-то новое – например, современное, как сегодня утром, – или мог поставить “Времена года” Вивальди, хотя больше всего любил Шопена. К ужину Майкл обычно подбирал что-то из клезмера или джаза, не скрывал своей любви к Билли Холлидей, особенно к ее альбому “Тело и душа”. Но этим вечером музыка в столовой не звучала. А Майкл молчал. Оливер, все еще пребывавший в воодушевлении, даже забеспокоился, уж не случилось ли чего с другом.